Шен присвистнул.

— Вольные принципы «сияния» и тебя покорили?

— Не смешно. Ты мне поможешь?

Шен медлил пару мгновений, затем кивнул.

Да, у меня мало времени и мало возможностей и это большой риск. Но иногда жизнь меняется за считанные секунды, а впереди целых две недели.

— Лети, — спокойно проговорил Шен. — Ты хоть понимаешь, о чем просишь?

— Понимаю. Но мне очень нужно с ним поговорить.

Брат придвинулся ко мне ближе и, понизив голос, сказал:

— Это не шутки и не забавные приключения. Если хоть кто-то узнает, нам конец. Нам всем. А если об это узнает твой дорогой Райвен, то и тебе, и мне, и Тайлеру, и всему «сиянию», и вообще всему. Ты хоть понимаешь какой это риск сейчас?

— Да, — решительно кивнула я. — Это жизненно важно, Шен.

Я взяла его руку в свои и опустила глаза, чтобы не заплакать.

— Я сама обещала Тайлеру, что мы больше никогда не увидимся, но…Не могу тебе объяснить всего. Я должна поговорить с кем-то из «Сияния», понимаешь? Это не каприз, и не прихоть.

На лице Шеннарда промелькнул испуг. Как будто он видел сестру впервые. Так оно и было, если уж по честному.

— Я не знаю, во что ты влезла, Лет. Сделаю, что смогу, хоть ты и здорово подгадила мне с Хейли.

— Спасибо, — я обняла его и тихонько всхлипнула.

Марилен оглядела меня и удовлетворенно улыбнулась.

— Я горжусь тобой, девочка моя, — сказала она, обнимая меня за плечи.

Глядя на наши отражения в зеркале, я как никогда понимала все различие.

Марилен, истинная леди, воспитанная как и подобает высокородной горожанке высшей ступени. Привыкшая к богатой и роскошной жизни. Кажется, привычка к роскоши сквозит в каждой детали ее облика, в каждом жесте.

А я, пусть и слегка измененная, никогда не стану такой. Как будто инормирность так и лезет из меня и не заметно ее только уж совсем невооруженным взглядом.

— Подумать только, — вздохнула Марилен. — Совсем скоро ты навсегда покинешь дом.

— Навсегда? — переспросила я. — Разве я не смогу приходить сюда?

Она красиво и как-то ненастояще рассмеялась.

— Конечно сможешь, Лети. Но ведь ты будешь уже не Кастелли, а Томмард. У тебя будет много новых интересных светских обязанностей. Ты войдешь в семью с большой историей, а это ответственность. Нужно понимать.

Она тщательно поправляла складки на лифе моего платья.

— Мам, а ты заходила к отцу?

— Да. Утром.

— Посиди с ним сегодня, ладно?

Марилен удивленно на меня взглянула.

— Безусловно. Я зайду к нему пожелать спокойной ночи. Эриху уже намного лучше. Ты верно сделала, что надела длинное платье — так незаметно те ужасные следы на ногах.

Марилен редко упоминала о том дне, когда на нас напали падшие. Она предпочитала не говорить о столь неуместном и нелестном факте. Я же помнила ее крик, слезы страха и безумное отчаяние. Кажется, именно поэтому Марилен и молчала.

— А как ты после всего, мам?

Она вздрогнула, нервно поправил белый локон и едва заметно улыбнулась.

— Справилась, хотя это и было тяжело. Я безумно боялась за тебя, Лети. Думать страшно, что могло случиться с тобой накануне свадьбы.

Опять эта свадьба, гори она синим пламенем!

От Марилен невозможно было услышать ничего другого — все разговоры вели к одному. Тот страх, который появился во время нападения в глазах этой женщины, так и остался единственным искренним, что мне довелось увидеть.

— Я могла погибнуть.

— То, что этого не случилось — огромное счастье, — она снова обняла меня. — Давай больше не будем вспоминать и тем более говорить отцу сейчас. Потом, когда все уляжется.

— Вы с Райвеном обсуждали эту тему?

— Да. Твой жених — настоящий мужчина. Он пообещал мне разобраться и найти виновные.

— Виновные, наверняка, давно убиты, если их нашли.

— Тем лучше. Не стоит вспоминать об этом, Лети. Ты жива и здорова, в безопасности. Надо идти дальше и улыбаться.

Я смотрела на нее через зеркало.

— Тебе не кажется, что на меня свалилось слишком много, чтобы просто улыбаться?

Марилен лишь холодно проговорила:

— Не жалей себя так сильно — на это нет времени. Думаю, тебе стоит снова ходить к психотерапевту. Последние события чересчур повлияли на твой характер.