Они шли обратно той же дорогой. Вдали показался вход в метро. Любашка погрустнела. Чёртова сестрица! Это надо же, так суметь испортить настроение. Она так радовалась, что попадёт в Оружейную палату, так мечтала. Какой дьявол вынес её к ним? Сидела бы у себя в кабинетике спокойненько. А теперь Любаша уже не уверена, захочется ли ей туда снова. Нет, его сестра, определённо, стерва. И настроение ей она испортила специально. Похоже, это Инга, подружка, её настропалила. Она, наверное, сама на Дубровского глаз положила, а сестрёнка играет на её стороне. А, может, и вся семья...

Дубровский резко остановился. Повернулся к ней. Серьёзный, даже, скорее, мрачный.

– Мне нужна та плёнка, которую ты нашла. Я хочу её посмотреть. Поехали к тебе!

– Ладно. А, скажи...
– Любаша замялась и заметила, как вдруг напрягся Дубровский, - Твоего брата как зовут?

– Володя. Владимир.

– Угу. Он тоже старший?

– Почему - тоже? Просто старший.

– А сестра? Младшая?

– Нет, мы близнецы. Тридцать минут разницы. Она родилась первой, вот и корчит из себя старшую...

– У неё хорошо получается. Ты выглядишь гораздо моложе. Здорово, что у вас такая большая семья. А я у родителей одна - одинёшенька!
– Любаша печально вздохнула.

Дубровский вдруг улыбнулся, а потом захохотал. Подхватил её на руки и закружил:

– Любашка! Ты лучшая на свете! Удивительная! С тобой так легко!

Она успела вовремя заметить этот порыв и быстренько обхватила его за шею. Он поставил её на землю, и удивлённо спросил - Ты сколько весишь?

– Точно не знаю, килограмм сорок пять, примерно. А что?

– Думаю, даже меньше. Опять меня провела! Глядя на тебя, я был уверен, что ты тяжелее! Ты специально так одеваешься?

– Ну, да! Это фактор неожиданности! Возможный противник не должен знать твой настоящий вес.

– Да-да! Очередное секретное оружие. Ладно. Пошли! Сколько тебе надо времени, чтобы собраться?

– Смотря куда.

– В гости. Ко мне домой.

– Куда нас твоя сестрица приглашала? Ты же не хотел?

– Нет, я как раз хотел. Собирался пригласить тебя после музея, по всем правилам. Но Алка всё испортила. Я специально отказался, пусть помучается.

– Хм... Не уверена, что это прокатило. Когда мы уходили, вид у неё был очень довольный.

– Она как раз надеется, что мы не придём. Но, мы же не доставим ей эту радость?

– Это из-за её подруги Инги? У вас с ней что-то есть?

– Ничего у нас нет! Инге пора перестать маяться дурью. Такая эффектная девка в два счёта может найти себе мужика! Заморочила себе голову. Не обращай внимания! Поехали.

Возле общаги Борис подождал, пока она вынесет ему плёнку. Он обещал вернуться через три часа. Сказал, что уверен, что этого времени вполне достаточно, чтобы собраться не только в гости к обычному менту, но и на приём к королю. Любаша была категорически несогласна, они даже поспорили. Но, Дубровский был непреклонен. Так же, как и в отношении визита в гости в принципе. Она пойдёт и точка! Или она хочет бросить его? Ей совсем его не жалко? Он так жалобно смотрел на неё, что она, вздохнув, согласилась. Совсем не уверенная, что поступает правильно. Состояние у неё было, как перед экзаменом.

Первым делом, она решила поесть. Разогрев готовый обед из магазина, она села обедать прямо на кухне. Что ей нравилось в Москве, так это полки магазинов, забитые самыми разнообразными готовыми блюдами. Это освобождало массу времени, и было дешевле, чем ходить в столовку. В общаге было по-прежнему пусто. Народ начнёт собираться только к вечеру, а основной - утром, перед занятиями. Задумалась, что бы ей надеть. Одно утешало - она, действительно, собирается не к королю. А любой её наряд будет для родственников новым. Хотелось бы понравиться, но... С сестрицей Дубровского ей всё равно, не сравнится. "Ладно, - решила Любашка, - если что, сделаю непроницаемое лицо, скажу, что опаздываю, и свалю!"

У неё было зелёное шерстяное платье, с широким чёрным замшевым поясом на шнуровке, к нему она надела подаренную родителями на двадцатилетие золотую цепочку с кулоном в виде лошадки. Волосы она переплела, уложила сзади в узел и заколола. Краситься решила по минимуму. В "полной боевой раскраске" она выглядела почти на свой возраст, а так - максимум, недавно достигшей совершеннолетия. Глянула на часы. Успевает. Надела чёрные замшевые сапожки. На улице было не холодно, около нуля. В осеннем плаще, пожалуй, не замерзнет. Он у неё кожаный, чёрный. Да, решено.

Она оделась и выглянула в окно. Пусто. Ладно, подождём. А вдруг он передумал? Боже, как её трясёт. Это даже похуже экзамена. В дверь тихонько постучали. Кто бы это мог быть? Любаша рванула к двери и открыла. На пороге стоял Дубровский. В длинном чёрном пальто. Руки в карманах. В этой одежде он выглядел, как английский герцог. Или, по меньшей мере, граф. Она попятилась назад. Борис вошёл, не дожидаясь приглашения. Огляделся:

– Вот где ты живёшь! Давно хотел зайти, посмотреть!

– Обычная общага. Как ты узнал, где моё окно? Я ещё утром хотела спросить!