— Это что еще такое? — Мелисса обернулась к дальнему краю пещеры, отследив источник колебаний. Ожидая ответа от брата, она оглянулась и испугалась его побледневшего лица и желваков, заходивших на нем.

— Нужно возвращаться в деревню. Сейчас.

Новый толчок осыпал камни со свода, а затем стена взорвалась пылью и обломками, впуская в пещеру Погибель, челюстями перетирающую в пыль мрамор и гранит. Первые янтарные капли упали на траву, прожигая в земле дыры, а затем чудище, обжигая воздух одним своим дыханием, извергло потоки лавы.

— Проклятье! Таки добралось сюда! — схватив сестру за руку, Грант бросился назад, но его ноги увязли в размягчившемся камне, не давая сдвинуться с места.

— Что значит «таки»? Вы знали о нем?!

— Конечно, знали, — Грант в отчаянии смотрел на Мелиссу, не понимая, почему она медлит. — Обнаружили где-то полгода назад, когда тварь уничтожила соседнее селение. Мы смогли увести ее вглубь, далеко от деревни, завалили все ходы, но гадина смогла найти путь назад.

— Увели прочь?! Вот так взяли и оставили чудище у порога?! — к возмущению Мелиссы присоединился и Фьорд.

— Ее невозможно убить! — он был потрясен увиденным в глазах Гранта страхом, захватившим все его нутро. Мелисса едва не отпустила вспотевшую ладонь брата, когда тот посмотрел на нее. — Наш отец погиб, пытаясь остановить чудище! Пойдем, Лисса, нужно увести жителей!

— Ступай сам, — спокойствие Фьорда потрясло Гранта. — А мы разберемся здесь. Видали тварей и пострашнее.

— Ты спятил!

— Прости, но здесь я соглашусь со старейшиной, — вставил Зоревар.

Рев сотряс стены пещеры. Погибель оглашала о своем присутствии и намерении излить на деревню Светлячков весь страх и отчаяние зверя, отбившегося от стаи.

— Неужто храбрейший из церковников струсил? Ты и сам видел, что достаточно одного выстрела Люфира, чтобы прибить гадин, подобных этой. Если я не ошибаюсь, твой клинок наделен той же силой. У вас в Церкви не проводят тренировки по метанию мечей?

— Нет, так не получится, — Зоревар скинул ткань с меча, демонстрируя разветвляющийся по лезвию дол, заполненный белесым туманом. — Придя к мысли, что оружие, чья сила иссякает с каждым ударом, принесет немного пользы, Люфир немного видоизменил клинок. В результате каких-то там его изысканий он вывел, что сила церковников, так же, как и ваша, происходит из Моря Теней. Так что он пару часов к ряду побормотал над мечом, и теперь тот черпает мою силу, превращая в разрушительную мощь энергии Моря Теней. Но вне моей ладони — это простой клинок.

— Тогда тебе придется подобраться для удара с близкого расстояния.

— Даже со всей моей стойкостью и неуязвимостью эта тварь зажарит меня до хрустящей корочки, если я приближусь.

— Это вряд ли. Какое-то время я смогу сдерживать жар и не подпускать к тебе, — Фьорд недовольно нахмурился от недоверчивого взгляда церковника. — Я когда-то делал нечто подобное, так что выбирай, доверишься отступнику или нет.

Зоревар развел руками и пошатнулся, когда земля вздрогнула от очередного извержения, устроенного чудовищем.

— Остается один нерешенный вопрос. От жара я тебя защищу, но сможешь ли ты там дышать? Управишься на одном вдохе?

— От одного присутствия этой твари камни плавятся на десяток метров вокруг. Великовато расстояние для одного рывка.

— Это я возьму на себя, — все обернулись к Мелиссе, и Фьорд удивленно заметил, что Грант все еще стоит рядом с сестрой. — Не против полетать?

Вода ручьев, срывающихся с высоты и растекающихся узкими озерами по ложу пещеры, начала закипать, когда от скалы отделился островок и стремительно полетел к Погибели, неся на своей спине церковника. Теплый воздух, вскоре ставший по летнему знойным, бил Зоревару в лицо, но того куда больше волновала заметившая его тварь и пламя, зарождающееся в ее горле.

Молясь Небесам, церковник вцепился в камень, а тот в него, круто уходя прочь с траектории выплюнутой струи лавы. Белоснежный дым, до этого ютившийся в доле, стал изливаться за края, окутывая ставшее матовым лезвие.

Вдохнув, Зоревар почувствовал, что ему не хватает воздуха, и, сделав еще один вдох, сгруппировался, готовясь к прыжку. Камень под его ногами начал плавиться и, оценив оставшееся до твари расстояние, церковник прыгнул, успев почувствовать, как плита рассыпалась тающими осколками.

Ухватившись за вырост на спине чудища, он ощутил обжигающий кожу жар и без промедления ринулся к голове, стараясь не свалиться в клокочущую у ног зверя лаву. Погибель нервно переступала лапами, потеряв из виду недавнего противника.

Оказавшись на загривке, Зоревар занес клинок и со всей силы направил в одну из пластин, закрывающих лоб. Испустив едва ли не осязаемый луч света, лезвие вошло в каменную плоть по рукоять, исторгая из груди зверя истошный рев.

Рукоять впилась в ладонь Зоревара укусами сотни пчел. Фьорд что-то кричал, но церковник слышал только стук своего сердца, которому вторил пульсирующий свет, вырывающийся из трещин, покрывавших голову чудища.