— Оника, — позвал Фардн, и на его голос обернулась не только она, но и Кристар. Дэрк почувствовал, как напряжение в руке мага отступило и тут же накатило с еще большей силой.

— Нет. Ни сегодня и никогда. Есть только один путь, и на нем нет места вражде между укротителями стихий и Церковью. Наше единство — гарантия существования будущего. И вам всем придется это принять.

— Посмотри на меня, — потребовала Арнора и Оника удовлетворила ее желание. — Я знаю твое лицо. Ты же горничная, Рони, укротительница воды, которая…

— Мое имя — Оника. Оника Фьюриен.

В груди Всевидящей екнуло. Она бы ни за что не забыла имя семьи, в которой родился Кристар. Но только сейчас она заметила сходство девушки и ее воспитанника.

— Сейчас вы не понимаете моих слов, но вы поймете, когда я все расскажу.

— Расскажешь что? — Арнора сверлила взглядом лоб девушки, силясь найти на нем хоть намек на поставленную метку, и не в силах принять тот факт, что ее нет.

— Что произошло после того, как по вашему приказу в день мятежа убили моего брата, а берилонский дворец был стерт с лица земли.

Все еще помнящий недавнюю перепалку, Белый зал был необычайно тих. Обращенные к Онике взгляды присутствующих, соскальзывали время от времени к объятому красной дымкой Зерну. Кристалл постоянно испытывал на прочность окруживший его энергетический щит, и Люфир уже в который раз взывал к Морю Теней, чтобы поддержать покров. Сложив на груди руки Фьорд наблюдал за ним, исподлобья поглядывая на Сапфировую Маску. Если намерения Оники совпадали с ее словами, и все происходящее не было уловкой, призванной усыпить бдительность Всевидящей Матери, оставался только один человек, от которого нужно было защищать Зерно. И сейчас Люфир был готов выступить против Командора, если того потребует ситуация. Фьорд давно заметил изменения в лучнике, но не думал, что они затронули не только их отношения.

— Перемещения во времени?! Ты же понимаешь, насколько абсурдно звучат твои слова? — казалось, морщинка, залегшая между бровей Арноры, останется там навеки. Женщине было трудно поверить даже в историю о Первом маге и его силе, переданной потомкам, что уж говорить о нашествии Республики.

— Я бы не был так категоричен, — как и все время до этого, Дэрк раскачивался на стуле, изображая беззаботность и скуку. — Даже потомку Проклятого не научиться за день скрывать силу стихий от ментальных магов. А она овладела этим умением в совершенстве, и, уж поверь, я не прикладывал к этому руки. Во всяком случае, в этом времени. Тем более, как еще она могла узнать о жуке Данмиру, если лично не столкнулась с этим? Должен признать, твой советник хоть что-то да смог сделать, как следует, спрятав от меня эту информацию.

Тишина вновь расползлась по залу, закатными тенями собираясь по углам.

— То, что было, — осталось в прошлом, — все обратили внимание на Кристара. Он сидел с опущенной головой и избегал смотреть на Арнору. Вновь оказавшись внутри стен дворца, он ощущал себя неимоверно чужим, словно странник, проведший десятилетия в скитаниях и, наконец, навестивший родной край. — Церковь необходима, чтобы сохранить государство, но ее власть не может оставаться прежней. Маги никогда не смирятся с тиранией, и рано или поздно все повторится. Нам придется найти компромисс.

— Но пока и условного перемирия будет достаточно, — в отличие от брата Оника не гнушалась встречаться взглядом со Всевидящей, — сейчас нам нужно разрешить проблему Потусторонних и еще одного вопроса. Направляясь к полю боя, мы угодили в ловушку и оказались плененными…, — она запнулась, пытаясь подыскать подходящие слова, — даже не знаю, кто это мог быть. Но, возможно, они как-то связаны с нашествием тварей. Некоторые из Потусторонних обладают невосприимчивостью к определенным видам атак. В случае с похитителями мы столкнулись с чем-то похожим: никому из нас не удалось ни ранить их, ни повредить форт. Почти никому.

Стоило Онике исправиться, как Эльса вновь принялась перебирать уже виденные нею воспоминания Зоревара и Фьорда, вызвав у них легкое головокружение. С рассказанной Оникой историей девочка закончила рисовать карту произошедших событий и теперь была занята распределением связующих линий, снимающих полог с мотивов и первопричин.

— Нам нужно сформировать совместные отряды Смиренных и церковников, чтобы очистить материк от оставшихся Потусторонних и убедиться, что нам больше не придется иметь дело с еще одним гигантским чудовищем, — когда Эльса закончила, Фьорд побледнел. Дочь Арноры удивляло, что даже после всего произошедшего с ним в Убежище, маг продолжает беспокоиться о судьбе мятежников. Девочку забавляли мысли юноши о том, что она может сообщить Всевидящей об общине отступников в подземном городе, знание о существовании которого она доселе старательно прятала от Первого советника.

Арнора хмуро глядела на Эльсу и молчала, видя, что той еще есть что сказать. Женщина давно смирилась с тем, что, как и все предыдущие Всевидящие Матери, она рано или поздно потеряет свое влияние на младшую дочь. Однако встреча с первыми признаками этой утраты больно колола сердце. Впрочем, едва ли больнее, чем схожесть Эльсы с ее отцом.

— Мы же с Оникой, Кристаром и Люфиром отправимся к форту, чтобы изучить там все. Так же нам может пригодиться помощь церковников, чтобы разобрать завалы, — Эльса глянула на Зоревара и продолжила. — А им, в свою очередь, понадобятся умения ментального мага, и так как я не думаю, что их словам нельзя доверять, мы не можем отправить кого-то посредственного. Вы же позволяете, матушка?