— Постой, разве Цитадель Ордена не расположена в тех же краях? — Оника вытащила из рюкзака карту, стараясь рассмотреть ее на ходу.

— Почти в тех. Она севернее Убежища, но тоже в пределах Восходящего.

— Да там же везде Смиренные! Ты решил сдать нас Ордену? — Фьорд обогнал Онику, идущую за Дэрком, и схватил отшельника за руку, разворачивая к себе лицом. Под взглядом мужчины, хватка Фьорда ослабла, а потом юноша и вовсе отпустил руку церковника и сжал виски, пытаясь умерить пришедшую из пустоты головную боль невероятной силы. Взгляд мага не мог сфокусироваться, мир перед глазами превратился в мерцающее море с синими пятнами силуэтов.

— Запомни, малец, десятки таких полоумных идиотов, как ты, сидят в Колодцах благодаря моим стараниям. Держи свой пыл при себе, если не хочешь лишиться тех остатков разума, что у тебя должны еще быть.

В ушах Фьорда стоял гул, но каждое слово, сказанное Дэрком, отбивалось в голове громогласным колоколом. Что-то подсказывало юноше уступить и принять правила отшельника, но гордыня не позволила ему прислушаться к слишком тихому зову. Не смотря на боль в голове, Фьорд из последних сил постарался сосредоточиться, собирая энергию пламени возле вокруг кистей.

— Довольно! — ладонь Оники, втиснувшейся между Дэрком и Фьордом, уперлась в грудь мага огня.

— Держи своего дружка в наморднике, или я выбью ему все зубы, — огрызнулся церковник, и, избавив Фьорда от головной боли, с еще большим напором стал прорываться сквозь заросли.

— Что ты творишь? Мелисса! — Оника не собиралась носиться со вспыльчивым мальчишкой, предпочитая поручить его той, кому он хоть немного доверял.

Мелисса взяла Фьорда за руку, твердо решив удержать его в следующий раз и не дать влезть в неприятности. Увидь его сейчас Грант, он бы точно не осмелился сказать, что пламя друга стало угасать. Сейчас оно пылало так ярко и горячо, как никогда ранее. Мелиссу настораживало только то, что это пламя обещало превратиться в бесконтрольный пожар, выжигающий все на своем пути.

— Он часто бывает несдержан и вспыльчив, — Оника дала Дэрку время остыть, прежде чем продолжить разговор. К тому моменту лес раздался, а подлесок стал редким и низким.

— Я заметил. Только я не собираюсь терпеть его выходки, раз ты не можешь научить его хорошим манерам, — отшельник сорвал с дерева шишку и теперь очищал семечки от скорлупы.

— Эй, я ему не нянька, — девушка обернулась посмотреть на Мелиссу, идущую с Фьордом на расстоянии, дабы не допустить еще одного конфликта.

— Да уж, — Дэрк отсыпал часть семечек в ладонь Оники.

— Все же почему Восходящий лес? Это действительно слишком близко к Ордену.

— Я и не говорил, что те места безопасны для отступников. Но как там говорят? Держи друзей близко, а врагов еще ближе? Нет, «хочешь что-то спрятать, положи на видном месте» — это будет лучше.

— Все равно, как по мне, странное решение поселить толпу магов-отступников под носом у Ордена.

— Что сказать, это была не моя идея, — Дэрк вновь приложился к бурдюку с вином, после тыльной стороной ладони утерев бледные губы. — Хорошее место, остановимся на ночь здесь.

Оника осмотрела небольшую поляну, с одной стороны закрытую выглянувшим из толщ земли валуном в ее рост, с другой — елями с пушистыми ветвями, низко спускающимся к земле.

Мелисса с Фьордом отправились на сбор хвороста неподалеку от лагеря. Дэрк взял из дорожного мешка трубку с дротиками, чтобы вернуться спустя минут двадцать к сторожащей вещи Онике со связкой болтающихся головами вниз белок.

Пока Оника складывала хворост для костра, Дэрк освежевал тушки и протянул их Мелиссе, чтобы та нанизала их на заранее подготовленные колышки. Фьорд держался в стороне, взглядом выбирая, от кого стоит ждать больших неприятностей: Оники или Дэрка. Вскоре по воздуху поплыл аромат жаренного мяса.

Путники разделились на две группы, заняв противоположные стороны поляны, и Оника не раз ловила на себе осуждающий взгляд Фьорда, сидящего вместе с Мелиссой под посиневшей в сумерках елью.

— Не думала, что церковники берут в свои ряды магов. Орден — да, но церковники?! Я даже не вижу метки Проклятого, — Оника обкусывала мясо с особо жирной белки, благородно предоставленной ей Дэрком. На ее пальцах и губах блестел жир. Тихий вечер и миролюбивое расположение духа отшельника способствовало получению ответов, на интересующие девушку вопросы. — Хотя, под всеми этими узорами, сложно что-либо вообще разглядеть.

— Ты права, метки нет. Знаешь, когда в твоих руках дар убеждения, в основе которого лежит нечто большее, чем красноречивость напыщенного петуха, не сложно вложить в головы людей, что никакой ты не маг, а посланник свыше. Не подумай, это не моя идея. Эта дорожка пройдена давным-давно, умельцами посильнее меня. Сегодня, это скорее дело привычки — вербовать в свои ряды ментальных магов. Кто же будет рад пойти на мага с голой задницей, когда можно воспользоваться помощью того, кто задурит голову любому укротителю и заставит того чуть ли не добровольно сдаться? — Дэрк бросил в костер обглоданную кость, и угли благодарно зашипели, набрасываясь язычками пламени на остатки плоти.