– Земля имеет такое большое влияние на Луну? А Луна на Землю?

– Дело в том, что соотношение диаметров Земли и ее спутника довольно близко, по сравнению с соотношением диаметров других планет с диаметрами их спутников, поэтому астрономы часто называют Землю и Луну даже не планетой-хозяйкой и ее спутником, а двойной планетой. Диаметр Луны всего в четыре раза меньше диаметра Земли. Нечто подобное в еще более выраженной форме в Солнечной системе есть только у Плутона с его не так давно открытым спутником Хароном. Там разница еще меньше. Харон всего лишь раза в два меньше Плутона и удален от него гораздо, гораздо меньше, чем Луна от Земли. Вот там, в этой двойной планетной системе, как подозревают ученые, обе планеты друг по отношению к другу всегда повернуты одной стороной. То есть как жители Плутона, так и жители Харона, если бы они там имелись, всегда видели бы соседнюю планету только с одной стороны, как земляне видят Луну. Но самое интересное, что жители Плутона, живущие на противоположной его стороне, даже не подозревали бы о существовании у их родной планеты спутника. Представляете?! Какой удар бы ожидал их местного Магеллана, когда он, огибая родную планету, впервые увидел бы на небе огромнейший шар, во много раз больший, чем Солнце! И о котором его земляки даже не подозревали! Он бы открыл не только шарообразность своей планеты, но и наличие у неё спутника. Сожгли! Ей богу сожгли бы его, как самого отпетого еретика и вруна, благодарные сограждане!
– смеётся Профессор.

– Получается и Земля со временем должна остановиться в своем вращении по отношению к Луне?
– сделала вывод Зоя.

– Получается. Но этот процесс гораздо, гораздо продолжительнее, так как масса Луны заметно меньше земной, а значит и её воздействие на Землю гораздо слабее. У Плутона и Харона эта разница, мягко говоря, менее выражена. Масса Луны меньше массы Земли примерно в восемь десятков раз, а масса Харона меньше массы Плутона просто в восемь раз. Но все же за каждую сотню миллионов лет сутки на Земле укорачиваются на десять-пятнадцать минут. Когда на Земле жили последние динозавры, сутки на ней составляли около двадцати трех часов. А еще раньше, двадцать два. Когда на ней появились первые живые клетки, часов восемнадцать, а то и меньше. То есть Земля вращалась заметно быстрее.

– Кто такие...
– начал Шуке.

Профессор махнул рукой:

– Динозавры, это древние животные такие. Когда либо, позже, расскажу о них. Они давно вымерли. Задолго до Вашего появления на Земле. Еще и человека, как вида, в помине не было. Потом, потом расскажу.

– Откуда вообще взялась Луна?
– напомнила девушка.

Профессор задумался.

– Есть несколько гипотез, одинаково могущих быть справедливыми. По первой, у Земли некогда были кольца из мелких камней и всякого космического мусора, которые за миллиард-другой лет, за счет взаимной силы притяжения собрались в огромный ком, который, по мере нарастания массы и всё возрастающего внутреннего давления и взаимного трения мелких частиц в нем разогревался. В какой-то момент этот сплотившийся ком раскалился настолько, что начал плавиться и под действием силы собственной гравитации принимать шарообразную форму. Следующие несколько десятков миллионов лет понадобились на остывание этой вновь образованной планеты. Остающиеся на орбите Земли камни притягивались силой притяжения этой новой планеты и падали на нее, оставляя на поверхности следы, которые мы и называем цирками или кратерами.

– Но, как я поняла, это не единственная "гипотеза"?

– О да! Чего-чего, а гипотез в науке всегда в избытке. Больше чем ответов. Есть и другие. Например, что Луна уже более-менее в готовом виде была притянута силой тяготения Земли, когда пролетала мимо нее по своей, первоначально очень вытянутой эллипсом вокруг Солнца, орбите. Все это сопровождалось страшными катаклизмами как на самой Земле, так и на Луне. По третьей: некое значительное по размеру космическое тело, пролетая мимо Земли ударилось о неё с такой силой, что энергия удара, согласно законам термодинамики, перешла в тепло и расплавила ее поверхность, одновременно выбив в космос часть раскаленного земного вещества. Оно образовало на орбите Земли шар, который принялся опять-таки постепенно остывать. Представляете, какое необычайное, завораживающее зрелище представляла в тот период Луна на нашем ночном небе. Ещё одно солнце! К сожалению и сама Земля была раскалена до такой степени, что никто, при всем желании, не смог бы сесть на ее поверхность, чтобы полюбоваться невероятным зрелищем. Есть гипотеза и об одновременном образовании двух тел из первоначального космического мусора, которые по мере их роста раскалялись и принимали шарообразную форму. Два этих огненных раскаленных шара, составив общую планетную систему, вращающуюся вокруг общего центра, одновременно неспешно, миллион за миллионом витков по орбите вокруг Солнца, остывали. Луна, имея меньший размер, остыла, разумеется, скорее. Земля внутри по-прежнему горяча.

– А кратеры - это следы той самой бомбардировки остатками земного кольца?

– Скорее всего, скорее всего. Хотя... свою лепту, несомненно, внесли и огромные газовые пузыри, формировавшиеся в остывающем магмообразном теле Луны и протискивающиеся из ее глубин на уже остывшую, покрытую корочкой поверхность.

Шуке не прерывал рассказа Профессора. Ему и самому интересно. Он хоть и инопланетянин, но не ученый, ни астроном, ни планетолог, ни астрогеолог, в конце концов. Когда Профессор закончил, Шуке указывая рукой в сторону, сообщил:

– Вот он.

Роман и Савелий Михайлович разом обернулись. У обоих мелькнула одна и та же мысль - как это они его сразу не заметили.

***

Корабль огромен. Не меньше пятидесяти (а то и всей сотни, трудно на глаз определить точно) метров в высоту и метров пятнадцати-двадцати в диаметре. Он представлял собой совершенно гладкий черный цилиндр, опирающийся о скалистую почву десятками коротеньких изогнутых дугой ножек. И только потому, что находился он в резкой черной тени скалы и сам был черный как уголь в ночи, он смог до сих пор скрываться от взоров людей. Направились к нему. Дорогу всего в пару сотен метров осилили без труда. По мере приближения корабль словно рос в высоту.

Его бока не то что черные. Они глубоко черные. Какие-то тусклые, полностью поглощающие свет, крадущие его. Иногда казалось, что гигантский корпус теряется на фоне черноты неба, становясь невидимым, словно черная дыра в пространстве, в которой вдруг исчезли все звезды... слева и справа есть, а тут нет. Роман встряхивал головой, и... корабль вновь возникал - мрачный и величественный в своей простоте и массивности. Ни одной выступающей части (кроме упомянутых "ножек"). Ни следа какого либо отверстия или шва.

– И ты говоришь, что это "малый" корабль?
– удивляется Роман, - Какой же тогда должен быть "большой"?

– Больше. Гораздо больше. Много, много больше. Ты просто не видел настоящих звездных кораблей.
– отвечает вместо Шуке Зоя, - Десантный или транспортник раз в двадцать длиннее и раз в пять больше в диаметре. А этот - так себе. На десяток-другой человек рассчитан.

Подойдя вплотную, обнаружили, что казавшиеся издали малюсенькими многочисленные ножки чуть ли ни с метр толщиной и около четырех в длину. Они дугой отходят от нижнего края корабля и упираются в землю имевшимися у каждой круглыми площадками-основаниями. Днище корабля возвышается над грунтом не меньше чем на два с половиной - три метра, поэтому путники свободно прошли под него. Роман ожидал увидеть некие циклопические дюзы, но дно такое же ровное, как и бока. Пока Роман пытался разглядеть хоть что либо, указывающее на наличие двигателей, Шуке направил вверх руку и часть днища корабля - круг диаметром метра в три мягко отделился и опустился вниз, едва не коснувшись грунта - этакий приросший к кораблю цилиндр с едва различимыми прозрачными стенками. Стенки нереально тонкие, слегка переливающиеся желтизной, чем-то напоминающие поверхность мыльного пузыря. Шуке ткнул в двух-трех местах в прогнувшуюся под его пальцами пленку - часть её растворилась. Друг за другом вошли внутрь. Площадка даже не колыхнулась под их весом. Отверстие, пропустив последнего, исчезло. Цилиндр, выждав секунду-другую, втянулся обратно в корпус корабля.