– Каков он? – жадно спросил едва прокашлявшийся Борегар. – Что он из себя представляет?

– Да ничего особенного, – ответил Кристиан. – Мир как мир, современный, техногенный. Вот только людей в нем почти нет. Так вот, я без проблем уходил из Эдема и еще из полутора десятков миров, включая парочку весьма непривлекательных.

– В какой-то степени ты прав, – медленно протянул я. – Скажем, Ацилут, где правит Суонг Ми, весьма суров к новоприбывшим. Однако оттуда можно унести ноги без труда. Никто не блокирует порталы. Мне кажется, что это вообще не под силу императорам, заблокироваться от скользящих… Хотя, Эдем для нас уже давно закрыт…

– В него нельзя войти, а не выйти, – возразил Кристиан. – Как можно попасть туда, куда не знаешь дороги?

– Ты же туда дорогу знаешь, но он тебя не пускает, – заметила Соня. – Может, ты имеешь в виду какой-то другой Эдем? Ведь их более трехсот…

– Вряд ли какой то другой, – помотал головой Кристиан. – Но не суть. Вы были в гораздо большем количестве миров, чем я. Неужели вы хотя бы где-то испытывали сложности с возвращением в Перекресток или Землю?

Мы задумались и переглянулись. Действительно, никогда прежде нам не приходилось сталкиваться с блокировкой порталов со стороны императоров. Правда, Кевин утратил способность скользить, но это было скорее связано с его личным состоянием, мутацией, произошедшей вследствие вакцинации. Мы же не должны были испытывать никаких сложностей, к тому же внутри Средиземья создавать порталы было хотя и сложнее, и затратнее в плане собственных физических ресурсов, но возможно.

– Это притянуто за уши, – вдруг решительно возразил Борегар. – Ты построил целую теорию лишь на том, что нас заперли в Средиземье. Но мы не знаем возможностей Фрэя. Теоретически он мог это нам устроить, мы же просто не сталкивались с ситуациями, когда император объявлял скользящим войну.

– За сотни лет путешествий скользящих рано или поздно возникли бы конфликты с Императорами, – возразил Кристиан. – Однако никто ни о чем подобном не слышал. Кроме того, есть кое-что еще, о чем я вам не сказал.

– Что же? – высокомерно осведомился Борегар.

– Помните, на Авалоне я сказал, что чувствую что-то странное? Людей, города, и что-то странное?

– Да, – сказала Соня. – Но я думала, ты имеешь в виду метаморфов.

– Нет, метаморфы были созданиями Авалона. Я не могу выделять их из общей массы. Я чувствовал, что на Авалоне присутствует два Императора.

Мы снова замолчали. На этот раз пауза была более длительной и напряженной.

– Почему ты ничего не сказал? – возмутилась Соня.

– А когда я должен был это сделать? – парировал Кристиан. – Я сам недавно понял это, очутившись рядом с Фрэем тут, в Средиземье. На совете в Перекрестке у меня были лишь смутные подозрения, что Попрыгун – это император. Помните, мы ведь развивали эту тему? Кто еще может быть настолько могущественен, чтобы разрушить чужой мир, как не другой император?

– Зачем? – негромко спросила Соня. – Он что, сошел с ума?

Гимли, до сего момента не проронивший ни слова, вдруг начал нервно ерзать на месте и кряхтеть, бросая на нас быстрые взгляды.

– Говори уже, – скомандовал я. – Я же вижу, что тебе не терпится поведать нам увлекательную историю о вашем Императоре Фрэе.

– Да уж… – нервно промямлил Гимли, дергая себя за клочковатую рыжую бороду. – Послушал я вас… И сейчас вот думаю, что возможно, вы правы и Фрэй действительно сбрендил. Понимаете, когда начались неприятности Средиземья, мы снова вспомнили о Братстве кольца и решили попросить помощи у прославленных воинов. Но вот незадача, мы никого не смогли найти. Леголас и Фродо уплыли за море. Арагорн погиб в первом же бою с назгулами, что стало с Сэмом, Пином и Мэрри мы не знали, а Гимли, мой брат, давно умер. И тогда Фрэй предложил создать новое братство и идти в Мордор, чтобы бросить кольцо в огненную пропасть…

– Как – кольцо? – удивился я. – Ведь оно было расплавлено, когда в пропасть с лавой свалился Горлум? Во всяком случае, так должно быть по правилам, которым слепо следовал Фрэй.

– Так и было, – кивнул Гимли. – Но Фрэй откуда-то взял новое кольцо всевластия. Он сказал, что именно оно – проблема наших бед, и его надо уничтожить в недрах Мордора…

– Кольцо нес Оддо? – прервал я Гимли. Гном кивнул.

– Фрэй сказал, что хоббиты меньше всего подвержены разрушительному воздействию кольца.

– Гимли, – осторожно спросил я, – скажи, пожалуйста, ты не в курсе, когда появилось это новое кольцо? До проблем в Средиземье, или после того, как они начались?

Гном ненадолго задумался, а потом потряс головой.

– Фрэй никогда нам об этом не говорил. Просто собрал новое братство, велел нам следовать за ним в Мордор, чтобы утопить кольцо в лаве.

– Бред какой-то, – возмутился Борегар. – Откуда взялось новое кольцо?

– Ниоткуда, – медленно произнес я, стараясь обуздать мечущиеся внутри головы мысли. – Он создал его заново. Это и послужило толчком к разрушению Средиземья. Ему стало скучно, как тем туристам, которые приходят к Соне, заказать экстремальное турне. Саурон повержен, жизнь в Средиземье наладилась. Кому оно теперь интересно? Фрэю же требовался этот бесконечный квест: пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. И тогда он создал то, без чего вся история не имеет смысла – новое кольцо всевластия. И тем самым нарушил заведенный в мире порядок. В Средиземье вновь появилось то, от чего вы избавились, одолев Саурона: орки, назгулы, озерная тварь, Барлог… Только все преувеличенное, раздутое, словом, присущее деятельности Попрыгуна.