Солнце начало свой спуск по небесной лестнице и теперь можно было смело выйти на дорогу, ни один смертный, будучи в здравом уме не посмел, пересечь реку. Лучи медленно сползали по кронам деревьев, создавая превеликое множество различных теней, которые растворялись в подступающих сумерках. Дорога сворачивала немного вправо и шла на спуск в долину Истомии - Да помогут нам боги и умножатся наши силы - я обернулся и посмотрел на девушек. Вам покажется, что я умер, но это не так. Дождитесь, когда последняя тень исчезнет, и действуйте без промедлений. Спуск окончился и мы оказались в долине магических растений, они, как и в древние времена были ухожены с особой тщательностью, что указывало лишь на признаки жизнедеятельности местных аборигенов. Пройдя еще не много, нам повстречался здешний обитатель по виду схожий на Ясырца из стародавних времен. Высокий, худощавый, смуглый кожей с теми бездонными, пугающими смоляными глазами в меховой накидке из шкуры Блегрота на которой, позвякивая, болтались магические амулеты. Дополняли это наряд кожаные штаны, прошнурованные лентами человеческой кожи указывавшей на число поверженных врагов, этот незнакомец был не простым смертным. Первым молчание нарушил я - Мы направляемся к источнику Таонии - он посмотрел на девушек - Ведьмы холмов - после его взгляд остановился на мне - Они пройдут, а ты останешься. Я бросаю вызов стражам Таонии - незнакомец повернулся и медленно пошел в сторону города - Кион-по проводит вас к источнику - донесся до нас его низкий голос. Все складывалось так, как я оговаривал ранее, за долиной растений возвышались темно-бурые стены Истомии и виднелись остроконечные башни различных цветов и оттенков. Истомия выглядела так, словно время осталось за вратами или обошло стороною здешние чертоги.

Подойдя ближе на площадке у моста, ведущего к вратам, мы увидели длинную вереницу рабынь и с дюжину мужчин в черных накидках с наброшенными капюшонами, скрывавшими их лица. Вот они, колдуны Истомии, повелители мрака и тьмы - шепотом сказал я своим спутницам. Участь рабынь была ужасна, не для любовных утех покупали девушек, они уже были мертвецами. Кион-по остановился, низко склонившись перед колдунами в черных одеждах - Они направляются к источнику Таонии. Воин бросил вызов стажам - громко сказал Ясырец и еще больше согнулся, от группы магов отделился один человек и направился к нам. Некоторое время незнакомец изучал меня из-под надвинутого капюшона тяжелым, проницательным взглядом от которого становилось не по себе и наконец, он заговорил. Хотелось бы знать, чьих кровей ты будешь храбрец? Чуть помедлив, я ответил - Я лесной житель, вольный охотник Вург. Что ж имя твое известно, узнай же и мое. Обенор верховный дайквот ордена Магинотов. Это великая честь повстречать такого человека на столь коротком жизненном пути - я склонил голову в знак почтения, дайквоты равны богам, они самая высшая каста в колдовской иерархии темных, по силе с ними могут соперничать только белые меноквоты или серые сайквоты. Мои спутницы на этой лестнице занимали нишу шебунов, то есть посвященных, далее после обряда они обретут силу инокотов и только после нескольких испытаний, если их не склонит иная сила, они станут полноправными магами своего ордена.

Обенор некоторое время хранил молчание, видно сказанное возымело свое действие - Да будет так. Кион-по достойный провожатый - я замер в ожидании - Значит, ты лесной житель бросаешь вызов стражам? Совершенно верно дайквот Обенор. Из твоих слов я заключаю, что ты выбрал хороший день для смерти - и Обенор расхохотался, после он неожиданно смолк - Это страшная смерть, но достойная, о тебе будут помнить - и он направился к рабыням. Следуйте за мной - Кион-по не спеша направился к вратам, мы последовали за ним.

Истомия была прежней, мрачный, безлюдный город ничего живого, пестрого, только безобразные келаки-послушники влачили бремя своего никчемного существования, конечно, некоторые из них, имели шанс стать хозяином одной из башен, но не многие. Остальные же проживали жизнь в столь уродливой оболочке, вечными стражами пустынных улиц и немыми свидетелями черного колдовства. Иногда на мощеной булыжником улице нам попадались выпотрошенные трупы юношей и девушек, многие были иссушены или обезглавлены. Тут в подземельях под нами находится целый зверинец бессмертных существ, которые пьют кровь, пожирают плоть или трупы, они не выносят дневного света, поэтому лучше не испытывать судьбу прогулками при луне. Однажды мне довелось свести знакомство с королевой здешних кровососущих дев, Азерона так она представилась. Неземной красоты женщина, но, увы, холодна как могила и прожорлива словно Блегрот - я показал шрам на ладони - Её страстный поцелуй. Кион-по усмехнулся - Еще рано для кормежки - успокоил он. Петляя лабиринтами извилистых улочек, повидали мы немало ужаса, быть может, наш провожатый намеренно избрал такой маршрут, дабы поселить сомненье в сердца перед не легким испытанием. Но долго подобное хождение улицами смерти не могло продолжаться и в скором времени мы выбрались на огромную площадь, где, если верить преданиям сохранились следы трех драконов, источник Таонии был близок.

Кион-по остановился, вытянул вперед левую руку и несколько раз ударил себя грудь, затем низко поклонился возвышающейся перед нами огромнейшей черного камня пирамиде, которая искрилась в лучах заходящего солнца - Это усыпальница великих дайквотов, начиная с самого Деоклота Визигонта - он снова ударился в поклоны. Изенгор был повержен в схватке именно этим дайквотом. Странно, почему он до сих пор спит, страшный был колдун, с миром мертвых был связан, да и Азерона дружбу с ним водила. Надо идти в этом месте не стоит задерживаться - спохватился я. Тишину прорезал отчетливый вой не то плач женского голоса и на вершине пирамиды возник зловещий силуэт - А вот и королева ночи, Азерона - снова раздался этот леденящий кровь вой-плач. Мы ускорили шаг и поспешили далее к виднеющейся в низине крохотной площадке, где находился источник Таонии. Я еще не думал над тем, как мы будем выбираться отсюда, если останемся в живых.

Усыпальница дайквотов осталась позади, и теперь мы стояли у источника, в котором бурлила бирюзовая жидкость. Остановившись у черты круга, я посмотрел на убывающее солнце, моих растерянных спутниц, затем на Ясырца замершего в некой прострации. Вот и черта - я снял одежду, оставшись в одной набедренной повязке. Давай Ясырец труби в рог - с этими словами я вошел в круг. Присел, скрестив ноги, положил ладони, на колени, повернув их вверх, и стал медленно произносить слова заклинания, погружавшие меня в состояние целата.

Далекая обитель, где каждый обретает покой. Таор. Небесная страна, там правит он, божество свет, большее, нежели солнце, он мудр и справедлив, он есть прощение и милость. Ты часть его, он часть тебя, он везде. Он мир неба. Я слышал ветер, далекий гул в нем были миллионы голосов, молящих и одновременно твердящих заученные молитвы, заблудшие и павшие, рабы мрачных древних царств, лишенные света, обреченные блуждать во тьме навечно. Далекие миры вспыхивали мириадами затухающих звезд, был плеск воды, холод берущий начало среди ледников вечности. Я видел священных животных, они шли своею тропой к берегам реки, равнодушно провожая взглядом мою одинокую тень.

Протрубил невидимый рог и спокойные воды вспенились, я замер в ожидании появления существ восходящих из глубин. Вновь раздался зов, призывающий стражей Таонии. Вода успокоилась и уже на ровной глади возникла тень, за ней еще одна и еще, пока они все не выстроились в одну линию, похожие друг на друга словно близнецы. Тишина ни малейшего звука, я сделал шаг вперед - Я Шумуйкун, последний из поединщиков Тамуора, явился сюда, дабы бросить вам вызов и начать этот бой - мои слова подхватило эхом и подобно раскатам грома разнесло по всему окружающему пространству. Тени не шелохнулись.