–  Нука, поцелуй меня! Без рук, без рук!

Я тянусь к ней, и вдруг чувствую, как ноги мои отрываются от земли. Смеющиеся глаза вдруг начинают удаляться, и я в панике тянусь к моей Ирочке руками, пытаясь схватить ее, не отпустить.

–  Ты летишь, Рома! Ты летишь!

Ух ты! Я же лечу! Я смотрю вниз, подо мной уже добрых десятьдвенадцать метров. Я не брякнусь?

Меня бросает вниз. И тут же страх резко подбрасывает меня вверх. Еще пара секунд, и мой мозг вдруг понимает, что и как надо делать. Господи, да это же не сложнее, чем ходить!

Земля уходит вниз. Я медленно, неуклюже поднимаюсь по широкой спирали. Подо мной сереет унылый ноябрьский лес, далее широкое поле, с которого я взлетал. Сверху виднеется маленькая коробочка моей машины, приткнувшаяся к обочине глухого проселка. Для обучения полетам Ирочка выбрала абсолютно безлюдное место ведь я еще не умею пользоваться маскировкой.

"Это твой Первый полет, Рома. Ты не понимаешь, чего достиг существо, генетически не приспособленное к полетам. Я горжусь тобой, родной мой, правда! Нет, больше, гораздо больше я люблю тебя"

Закат отгорел. Сумерки незаметно сгущаются, мягко скрадывая очертания предметов, мрак копит силы в темных углах комнаты. Включить уже свет, что ли?

Нет, не хочу. Яркий свет враз расставит все по местам, вернет меня в реальность грубо и бесцеремонно, оборвав поток воспоминаний. Да и рисунок уже закончен.

С белеющего альбомного листа на меня смотрит моя Ирочка. Такая, какой она еще недавно была, пока ей не встретился на пути хищный и не совсем разумный абориген дикой планеты, не имеющий ничего, кроме любви.

Я вздыхаю. Не обманывай себя, хищник, не так уж ты глуп, чтобы не понять. Любовь станет для тебя оправданием в том, и только в том случае, если ты сможешь спасти и сохранить свою любимую. Любовь должна удлинять жизнь, а не укорачивать.

Все тихо в квартире. И только гдето в самых глубинах моего подсознания выбирает отпущенное нам двоим время невидимая адская машина.

Тик…тик…

Ну когда же она вернется, наконец! Мне без нее плохо…

…

"Ау, любимый! Ты дома?"

"Конечно, родная. Ты где?"

Шелестящий бесплотный смех.

"Меня везут домой, в твои объятия. Этот Виталий человек слова. Я сейчас позвоню тебе по сотовому, ты выйди к подъезду, встреть меня, пожалуйста"

"Зачем звонить? Я и так выйду, встречу"

В моем мозгу возникает картина кот, рассматривающий толстый учебник по высшей математике. Намек ясен.

"Тогда это будет выглядеть так, будто ты все это время торчал в темном подъезде, мое счастье. Или мне сейчас начать лекцию про телепатию? Соображать надо. И вообще, с каких пор ты стал обсуждать команды в ходе операции? Разболтался, никакой дисциплины"

"Виноват, сэр. Больше не повторится, сэр. Жду звонка, сэр"

"Другое дело. Все, не отвлекай. Я продолжаю работу с клиентом"

В груди у меня тепло, и я знаю, отчего. Ведь она же вполне могла избежать этой беседы, лишнее нервное напряжение, отвлекающее внимание во время сложной работы. Но если есть у нее хоть малейшая возможность всегда поговорит, хоть о пустяке, хоть парой слов. Потому что ей без меня плохо. Маленькая моя!

–  …Уф, денек!

Ирочка скидывает ненавистные туфли на шпильках, с наслаждением зашвыривает их в дальний угол прихожей. Проходит в комнату, расстегивая на ходу застежки своего платья, змейкой выскальзывает из него. Летят на диван колготки, вместе с трусиками. Обычное дело. Свобода, свобода!

–  Удалось?

–  Сейчас, сейчас. Вот только смою с себя все эти взгляды… Гадость, хуже сырого мяса!

Она уже в ванной. Можно ловить мысли, но я хочу ее видеть. Топаю следом, дурнем торчу в дверном проеме, наблюдая, как она моется в душе.

–  Панцирь Антарктиды треснул. Для полного таяния льдов времени было маловато, но начало есть. Ладно. Ему нужна женщина, Рома. Такая, которая смогла бы заменить…

Я в недоумении. Как, и эту проблему решать моей Ирочке?

Она даже перестала плескаться.

–  А кому же? Это же моя работа спасать и сохранять. Взялся ходи. Правильно сказала?

–  Рома, давай обсудим коечто. Вот ты сегодня собирался слегка повоевать…

–  Нет, родная. Я собирался поправить рыло и мозги одному типу, оскорбившему мою жену.

–  А если бы он тебя побил? Крупный, здоровый самец…

–  Война без потерь не бывает. Но я бы справился, будь уверена.

–  Да верю, верю. Особенно в таком состоянии… Плюс перстень, плюс Коля в резерве. Плюс я.

–  Чего ты добиваешься?