Прибыли наконец к зданию «Берлоги», сейчас казавшейся мрачным злачным местом: с кучей пьяных и горланящих песни огромных бородатых северян, и молчаливых людей в плащах с капюшонами — водящих хороводы у огромных странных деревьев.

— Хе-хе, да это же друиды! Корсо оказывается был прав… — слегка изумился Дезидерий увиденному, пока его провожали по деревянным полам устеленным шкурами диких зверей, мимо длинных лавок, которыми в столице уже лет сто, кроме простолюдинов, никто не пользовался.

Повсюду валялись пьяные бойцы в кольчугах, несло выпивкой и блевотиной. Был бардак и беспорядок, словно в военном лагере после неудачного штурма уже давно осаждённой крепости.

Прибывшего гостя ввели в хорошо освещённую факелами тронную залу вице короля Гарданы, где находившийся там Борелл — сейчас восседал за длинным столом пирующих, среди обычных своих дружинников и вновь ел и и пил до тошноты, пока его супруга сидела на его собственном троне, на возвышении, а её отец, Поллион — на троне своей дочери, королевы.

Увидев Дезидерия, оба родственника вице-короля поднялись на ноги и пока Борелл радостно что то кричал с набитым ртом, и просил гостя скорее присоединиться к «Жратве и бухлу рекой»-Алуникофиэль и Поллион провели прибывшего министра Дезидерия за отдельный небольшой стол, в укромном углу залы и сев с обеих сторон от него, начали беседу: «Я рад что Вы приняли наше приглашение и прибыли в наше скромное жилище…» — сразу же сказал Поллион.

— А вот и я! — радостно проорал подошедший к переговорщикам вице-король Гарданы и плюхнулся возле своей супруги, пьно рыгнул и тут же расхохотался на её недовольную гримасу. — Может разопьём на всех бочонок чего покрепче, а?!

— Любимый… — несколько странным тоном произнесла Алуникофиэль, — ты ведь не хочешьопять неделями страдать от мужского бессилия, со своими миленькими селянками служанками, не так ли?

Борелл изменился в лице и резко выпрямился — он перестал улыбаться и весь напрягся. Женщина тем временем наставительно продолжала, словно бы говоря текст непослушному мальцу, а не одному из знатнейших людей великой империи: «Дай нам быстренько поговорить о сегодняшнем недавнем ужине, во дворце твоего деда и мы с отцом к тебе вскоре присоединимся!»

— Не вопрос! Тараторьте без меня — не буду отвлекать. — добродушно согласился правитель Гарданы и куда то вышел, тяжело ступая и переваливаясь с бока на бок как медведь, с которым его постоянно сравнивали.

Поллион проводил зятя внимательным взглядом и продолжил прерванный разговор, когда тот отошёл достаточно: «По поводу Амазонии, того что там недавно произошло. У нас есть варианты решения данной проблемы империи и мы были бы не против помочь вам, как нынешнему «престолодержателю», справиться с этой щекотливой ситуацией, столь вам наверное неприятной…»

— Как любому честному имперцу. — ввернул Дезидерий.

— Наверное… — двусмысленно подтвердил Поллион, — но главное: вы ведь в ответе перед будущим императором, за то что случился подобный бардак в делах государства пока его избирали и именно вы — отвечаете за державные промахи последнего времени. — явно намекая и угрожая Дезидерию, продолжал Поллион. — Мы поможем вам в вопросах с Амазонией, а вы — подскажете чем нам возможно очаровать Избирателей, для их верного выбора в ближайшее время. Борелл обязательно простит вас, как император, а я, как будущий главный министр империи — буду прислушиваться к вашим советам и предложу хорошую службу при мне… — уже вовсю чувствуя себя хозяином положения, увещевал и одновременно запугивал гостя, Поллион. — Вы улавливаете возможности: как получить награду и заслуженный покой, после избрания императора — так и лишиться головы, за плохо выполненную работу?

— Безусловно! Также как и желание фанатичных кельриков сходить в ваши земли «походом Света», для того что бы сжечь на кострах всех плясунов, водящих хороводы у деревьев, вроде тех, что я видел сейчас у вас во дворе, пять минут назад. — спокойно парировал «престолодержатель», показывая что не очень серьёзно оценивает угрозы Поллиона.

— Хорошо, хорошо! — примирительно прознёс первый министр Гарданы, — давайте просто обсудим ситуацию и подумаем, чем можем быть друг другу полезными.

— Внимаю с нетерпением. — с намёком произнёс Дезидерий, — но вначале, дайте мне какой либо вашей настойки, что бы так спать сильно не хотелось. Я утомился невероятно!

— Конечо, конечно! — совершенно примирительным тоном произнёс Поллион и что то скомандовал, на непонятном языке, слугам, с капюшонами на головах, явно лишним в полутёмном помещении ночью.

Вскоре перед главным имперским министром стоял горячий напиток, а первый министр, из Гарданы — вовсю убеждал своего гостя, что после пяти глотков данного отвара тот спокойно обойдётся без сна целые сутки.

В это время вернулась Алуникофиэль, что на пару минут выходила из за стола и требовала успокоиться, начавшего шумно шаловливо прыгать по помещению, как дикое животное, Борелла.