Мы болтаем по дороге в автосалон, и Дейл знает, что я нервничаю. Мы уже разработали план выплат и купили страховку на машину, так что, если в автосалоне уже есть «Таурус», то домой я поеду на ней (или кто-нибудь другой). Договор об оплате более чем щедрый, и если я захочу, то могу попробовать удвоить платеж, чтобы ускорить время выплаты. Вместо четырех лет, о которых мы договаривались, я постараюсь выплатить все за два года.

— Ларри, рад тебя видеть, — говорит Дейл, когда мы выходим из машины возле автосалона.

— Вот человек, надирающий мне задницу на поле для гольфа каждый раз, когда мы играем. И теперь он здесь, чтобы надрать мне задницу еще и в моем салоне, — говорит мне Ларри, когда пожимает руку Дейла. — Ты, должно быть, Лили. Рад с тобой познакомиться, — он отпускает руку Дейла и протягивает ее мне.

— Я тоже рада познакомиться, сэр, — я пожимаю его большую теплую руку.

— Пффф, сэр — это мой прадед. Я — просто Ларри, — ему около шестидесяти лет, но он в хорошей форме и почти на голову выше Дейла. — Пойдемте в мой кабинет, — он ведет нас в свой кабинет, и на двери под его именем я замечаю надпись «Президент». — Что ж, Дейл сказал, что вы ищите автомобиль. Какую машину ты бы хотела?

— Я сделала кое-какие исследования, и мне понравился «Таурус».

— Хороший респектабельный автомобиль. Какие характеристики ты хотела бы для него, чтобы я смог понять, какой тип сделки я могу тебе предложить?

Я начинаю говорить, но Дейл слегка касается рукой моей ноги и качает головой. Я закрываю рот и смотрю, как они говорят о бизнесе.

— Ты действительно хочешь попробовать эти чертовы приемы продавца на мне? Ларри, сколько лет я знаю тебя и Сью?

Губы Ларри сжимаются в очень контролируемую улыбку.

— Мне нужно знать, что хочет юная леди. Это честно.

— Она хочет самую лучшую машину модельного ряда. Самый мощный форсированный движок.

— Они стоят сорок тысяч долларов в полной комплектации.

— Сорок тысяч долларов цена для обычных людей. Не для меня, того, кто может сделать один телефонный звонок Сью и заставить ее дать тебе работу во дворе, даже при том, что сейчас лежит снег.

Ларри смеется и садится обратно в кресло, заложив руку за голову.

— Вот почему мы друзья. Ты должен работать на меня, Дейл. Я думаю, что ты бы хорошо справлялся в торговом зале.

— Я не работаю на сварливых старых ублюдков, как ты.

Я улыбаюсь и стараюсь не засмеяться в голос.

— Видишь, с чем мне приходится иметь дело, Лили? Видишь?

Я ничего не говорю, потому что Дейл здесь, чтобы договориться обо всем для меня.

— Она не поможет тебе, Ларри. Возвращаясь к автомобилю, теперь скажи мне цену на машину с форсированным движком.

— Сорок тысяч, — быстро говорит Ларри, не пропуская удар.

— Нет. Меня не волнует, потеряешь ли ты на этом деньги, которые, я знаю, ты не потеряешь. Я хочу ее не дороже, чем за двадцать тысяч.

— Что? Это смешная цена.

— Последние две машины Бетси я купил у тебя, и если ты хочешь, чтобы в следующем году я обновил свою машину у тебя, то ты лучше продай «Таурус» за двадцатку.

— Я не могу отдать тебе ее по такой цене. Это значит, что я буду в накладе.

Переговоры продолжаются в течение почти сорока минут. Туда и обратно, мелкие игривые оскорбления, угрозы позвонить женам друг друга и хвастливые речи о том, как плох другой игрок на поле для гольфа. Все это время я сижу спокойно и слушаю, смеясь над смешными оскорблениями.

— Лучшая цена, которую я могу предложить — двадцать восемь тысяч долларов. И ни долларом меньше.

— Сбрось цену до двадцати пяти, и мы заберем ее прямо сейчас.

— Этого не произойдет. Вообще. Ты можешь забыть об этом, — он качает головой, абсолютно серьезно говоря о цене. — Двадцать восемь — мое последнее предложение.

— Двадцать пять.

Напряжение в просторном кабинете довольно ощутимо, и я чувствую, как мои глаза округляются, но стараюсь оставаться невидимой.

— Двадцать семь, — наконец уступает Ларри.

— Двадцать пять. И я скажу тебе, почему ты отдашь мне эту машину за двадцать пять, — Дейл садится обратно в свое кресло, небрежно покачивая ногой вверх- вниз. — Потому что эта девушка пережила достаточно дерьма в своей жизни, и теперь ей нужно что-то, чтобы пойти своим путем. И это что-то — один из тех «Таурусов», простаивающих у тебя во дворе. У тебя их там около двадцати? Скоро они станут прошлогодним товаром, и ты будешь умолять людей, чтобы их купили. Поэтому сделай одолжение себе и Лили, продай мне машину за двадцать пять тысяч долларов.