— Вот же ж млять!

— Нет слов.

— Да, Толя, у меня тоже были одни выражения, когда это узнал.

— А при чем тут жрецы, эт самое, путь, прочая ерундистика?

— Леха, как ты не понимаешь?! Элементарно, Ватсон! Идеология — важнее всего. Воин со стальной волей и с деревянным кинжалом крут.

— Ничего не понятно!

— Ну, вы даёте! Так бы амеры обосрались три раза, а так — мы полтора.

— Саня, я щас взорвусь. Не делай из нас идиотов. Объясняй предельно подробно. Млять.

— Ой… Смотрите, если бы мы не пошли на поводу у них: первое: они неумехи, не долетели до Луны; второе: обманщики всего мира и хвастуны; третье: остались бы во Вьетнаме дальше и теряли бы солдат и очки репутации.

— А наши полтора? Луна — одно очко, понятно.

— А половинка — Вьетнам. Вторая половинка честно принадлежит вьетнамскому народу.

— А как наши организовали с Луноходом?

— Не помню. Он почему-то не доехал. Там была официальная версия. Но это туфта. Обман.

— Нормально рассказал, интересно. Но я помню, мы начали с кастового общества, с преимуществ. А ты увёл нас от темы. Красиво увёл. Молодец.

— Николаич, никуда я не увёл. У них есть жрецы, они видят путь, главные вещи. А наши генсеки-кухарки не видели дальше своего пуза. Цели их жрецов порочные — это да. Но путь они видят, правила игры, управления обществом — знают. У них есть свои воины, веси. Нижние касты, шудр и чертей всяких, впрочем, они не изгоняют, наоборот, плодят. Но причины их побед именно в остатках кастовости. Браки внутри каст и так далее. А в СССР и цели были задекларированы антикастовые: все равны, все братья и т. д. И кадровая, политика была дерьмовая: лифты, но с отрицательным рейтингом. Гамно всякое наверх всплывало. И семейная политика — дерьмо. Кто попало женился на ком попало, родители — побоку. Дыра в идеологии и потопила наш корабль.

— А нафига они нижние касты плодят? Это бандиты?

— Не только. В том числе. Это те, кто не хочет работать, животные, для кого нет бога, люди-желудки. Без совести. Особи со сбойной программой.

— А почему они, жрецы эти, воюют с нами? Тем более что наших жрецов не осталось.

— Точно не знаю. Что-то им надо от нас и от планеты. Гипотезы были разные. Но они не такие, как мы. Мы для них не люди. Мясо. Как киты для японцев или фарэрцев.

— Фарэрцам мы отомстили. А что планируешь с японцами делать?

— Пока ничего. Они после 45-го — колония США.

— Ну, ты загнул! Колония! Вторая экономика мира! Больше нас всего производят. И лучше. До нашего ядерного «подарка». Теперь у них с электроникой трудности. Но всё-таки…

— Не нужно смотреть на цифры ВВП. Это всё обман. Дураки считают торговый дефицит США бедой, а профицит Японии — благом. А на самом деле это уплата колонией своей дани. Американцы не собираются никогда отдавать эти якобы долги. А Япония никогда не потребует уплаты. У амеров там несколько военных баз: только мявкни — порвут.

— «О! Сколько нам открытий чудных…» И так — каждый раз уходим с твоих ликбезов, как мешком ударенные. Всё переворачиваешь вверх тормашками. Дурдом!

=== Середина мая 94-го. После бунта.

После разгона бунта я ввёл новые ограничения. Принцип такой: все, в том числе народ, смотрят на реакцию после событий. Если затаился — считают слабаком или что я сам не уверен в своей правоте. Пошёл бы на попятную — растерзали бы. Стихийно могли возникнуть новые митинги, забастовки. А я поступил наоборот: ещё завернул гайку на пол-оборота. Запретил западную музыку. В наушники люди, конечно, будут втихаря слушать. Но официально — запрещено. Штраф, снижение рейтинга, конфискация орудия преступления. КГБ поручил бороться и старостам. Мои шаги не остались незамеченными международной общественностью. Это не то, что вы подумали, не врагами. Хотя, они тоже в курсе. Но важно другое: Иран вышел на контакт. Они увидели мою твёрдость и искренность в борьбе с развратом и приняли мои предложения. Я не стал затягивать. Уже через месяц Иранские войска бороздили турецкие горы, помогая нам очищать территорию Большой Армении. А мы стали обустраивать выделенную землю и побережье Ирана под свои базы. Ух, как жарко должно быть сейчас в Америке!

— Господа, русские сделали следующий шаг. Они заключили военно-политический союз с Ираном. Муллы в Иране объявили их своими братьями. Наш, и без того провалившийся, мусульманский вариант стал бессмысленным. А развёртывание их военно-морской базы на побережье Ирана уничтожает наше стратегическое преимущество. В Персидском заливе мы теряем монополию на силу. Ваши предложения?

— А давайте их будем бомбить?

— Кого именно? Русских?

— Нет, Иран.

— Уже не проходит. Мы упустили момент. Русские поставили Ирану свои новейшие системы ПВО. Мы понесём существенные потери. Но дело даже не в этом. Последние годы русские стреляют не задумываясь. Боюсь, что будет как в Суэцкой бойне — они заступятся за Иран. А это совсем другое дело.

— Нужно усилить давление по всем направлениям.

— Турецкое потеряло смысл. После ввода иранских войск ситуация переломилась окончательно. Уничтожение всех очагов сопротивления — вопрос времени. Тем более что наш главный противник — русские. А турецкий фронт русских не ослабляет, а усиливает. Да-да, такой парадокс: усиливает. Они используют Турцию, как полигон, учебку. А основную тяжесть потерь несут армяне, грузины, сирийцы. Теперь — иранцы.