Шрифт:
Там, где облако его молниеносного мена проливало кровь, *на корне *аргувана вырастают ветви *шафрана; там, где его сабля в форме стрелок порея паслась на лужайке из вражеских голов, *на ветвях шафрана распускаются цветы аргувана. Пламя его сверкающего меча превращает море в степь, * Джейхун — в равнину; блеск его смертоносного копья превращает степь в море, равнину — в Джейхун, а судьба говорит ему:
Ты парус облаков кроваво-алым сделал. Коль ты не сдержишь бег державный корабля, Небесный свод зальют потоки вражьей крови, И будет вся в крови, как нож врача, земля.Убедительным и ясным подтверждением этих простых мыслей служит степь у города *Илека, где после *битвы пятьдесят шестого года черепа врагов и недругов *Туранского государства стали пищей для птиц и диких зверей.
*И мысли о копье не удалось мелькнуть, А грозных копий рой врагам вонзился в грудь.С тех пор как его недремлющее счастье сделало все органы тела лучезарными, как светоч, как ясное око, он никогда не видел — даже во сне — и призрака поражения; его неувядающая удача, озаряющая, подобно свече, все члены его тела, никогда не видела на ристалище победы спины счастья. У того, чьи уста, словно *танур, раскрыты для прославления и восхваления его, *все тело, как у свечи, превращается в язык, все органы, как у бутона, превращаются в рот. Тому, у кого * десять языков, как у лилии, у кого *два лика, как у тюльпана, судьба вырывает острым мечом язык, как фиалку, и *окропляет пролитой кровью рубашку, как тюльпану. А судьба говорит тайным языком:
*Пусть кровь врагов на поле жаркой битвы Мечи до рукоятей обагрит.Его пальцы — это море, и если над ним поднимется пар, то чинара принесет золотые плоды, прозреют слепые глаза нарцисса, заговорит немой язык лилии.
Откроется, едва тебя увидит, прекрасного нарцисса глаз слепой, Заговорит, чтоб восхвалять владыку, и белой лилии язык немой.Если попытаться изучить или перечислить похвальные нравственные качества и добродетели благословенного шаха, то такому началу не будет конца, оно никогда не придет к завершению.
*Тебя я тщетно восхвалить пытаюсь — Так трудно шаха вознести благого! Все украшенья не достигнут цели, И без прикрас звучит яснее слово.Ни *каламом не описать, ни резцом не высечь тех похвальных деяний и славных подвигов, которые совершила эта династия в *Туране, в особенности в нашем краю, проявив справедливость, благородство и милость к подданным.
*Когда увидел я людей под сенью шахскою благой, Я убедился, что они и впрямь обласканы судьбой!В тот период, когда владыка мира переехал из этой страны в другую и оставил ее на долгое время без достойного правителя, в нее вторглись враги, так как здесь много цветущих оазисов. Но все они, в конечном итоге, получили по заслугам. Слава Аллаху, страна досталась достойному, справедливому и могущественному царю и закрепилась за ним. Небо же поздравило его по этому случаю в следующих выражениях:
*Вновь улыбнулась нам счастливая судьбина, Вновь царство обрело благого господина. И корни счастия пустили вновь побеги, И правосудья ветвь простерлась над долиной. Был гнет времен тяжел, и царство сотрясалось, И лишь теперь нашло царя и властелина. Десницею своей он царства укрощает, Дарующего власть мы славим *Рукн ад-Дина. В ответ на просьбу он дарует людям царства, Он области берет могучей силой львиной. Наполнен *дом Зухры и счастьем, и весельем, И царские пиры — той радости причина. Рисуют небеса картины битвы царской, Владеет меч его горою и равниной. Меч шаха засверкал, как утро; тут и солнце Скатилось к западу, поглощено пучиной. *Хосров и властелин, и царь царей могучий! Все титулы твои достойны исполина. Мир присягнул тебе на верность вековую, И всякая страна тебе служить повинна. Теперь упрочены основы государства, И не страшны ему невзгода и кручина. Страна тебя, о шах, оплошность совершивши, Покинула, забыв хоть и на миг единый. Но устыдясь, она вернулась с извиненьем: Опять ее увлек царя полет орлиный.Всевышний бог да вознесет шатер его величия до *апогея Зухаля, да вознесет он его величественный трон до луны и звезд. Да сделает Аллах его столицу * кыблой, к которой обращены мысли всех владык нашего времена, а его порог — *Каабой для великах мужей нашего века. Пусть зелень его порееобразной сабли всегда растет на лужайке тюльпанов, орошенной кровью врагов государства. Во имя посланника Мухаммада и его пречистой семьи.
Синдбад-Наме