Я!
– откликнулся сержант.

– Командируетесь в действующую армию для охоты за немецкими снайперами, - сообщил начальник заставы.

– Есть пойти на охоту, - заулыбался сержант, в чертах лица которого можно было узнать представителя одного из многочисленных народов Севера, промышлявших пушнину и вообще живших в таких условиях, в которых нормальные люди погибают.

Недавно освобожденные от оккупации советские районы.

– Младший сержант Копейкин, - скомандовал командир роты отдельного полка по охране тыловых рубежей действующей армии.

Я!
– откликнулся младший сержант.

– Командируетесь в действующую армию для охоты за немецкими снайперами, - сообщил командир роты.

– Есть на охоту, - сказал сержант и поправил на ремне десятизарядную и самозарядную винтовку системы Токарева.

Главное политической управление Красной Армии. За столом для совещаний три генерал лейтенанта. Члены Военного Совета Центрального, Воронежского и Степного фронтов. Во главе стола гражданский человек по фамилии Щербаков в полувоенном кителе маоцзэдуновского типа с отложным воротничком.

Примечание. Александр Сергеевич Щербаков (1901-1945) - советский государственный и партийный деятель, генерал-полковник (1943). С 1941 года возглавлял Московскую партийную организацию. Начальник Совинформбюро с его образованием 24 июля 1941 года, в июле 1942 года стал одновременно начальником Главного политуправления Красной Армии. В 1943-1945 гг. также был заведующим отделом международной информации ЦК ВКП(б). Умер в ночь с 9 на 10 мая 1945 года от обширного инфаркта

– Товарищи, - сказал Щербаков, - по некоторым данным, поступающим из передовых частей, среди наших военнослужащих наблюдается боязнь немецких снайперов и сочиняются небылицы о том, что немцы стреляют серебряными пулями для того, чтобы убить в советском человеке коммунистический дух и преданность нашему любимому вождю и учителю товарищу Сталину. Необходимо развернуть работу по поощрению наших снайперов и постоянно сообщать в боевых листках и политинформациях агитаторов о количестве немцев, уничтоженных нашими снайперами. И не жалейте наград снайперам. Каждый орден на груди это как постоянное напоминание о том, что наш солдат самый преданный и самый лучший.

Дуновение Шамбалы

Управление контрразведки "СМЕРШ" фронта. Идет допрос немецкого военнопленного в звании майора.

– Слышали ли вы об эсэсовском офицере, стреляющем из серебряного пистолета "Walther" серебряными пулями?
– спрашивает майор из контрразведки.

– Это очень секретная информация, - и пленный майор стал оглядываться по сторонам, как бы разыскивая того, кто бы мог его подслушать.

– Вы чего-то боитесь?
– спросил советский майор.

– Да, они могут быть везде, - испуганно сказал военнопленный.

– Кто они?
– не понял контрразведчик.

– Они, Аненербе, - неопределенно махнул рукой майор в сторону и замолк, глядя на одну точку в углу.

– Никак спятил, - подумал контрразведчик, но продолжил допрос.
– Так кто же стреляет серебряными пулями?
– спросил он.

– Это чудо-оружие нашего фюрера, - сказал внезапно успокоившийся майор.
– Он стреляет по нашим и по вашим.

– Как это по вашим и нашим?
– не понял смершевец.

– Он стреляет наших офицеров, если те отводят свои подразделения без приказа, - сказал майор.

– Кто им командует?
– спросил офицер, быстро записывая вопрос в протоколе.

– Не знаю, - ответил военнопленный.

– Где он живет?
– спросил контрразведчик.

– Не знаю, - как-то равнодушно произнес майор, - ничего не знаю. По нормам довольствия нет серебряных патронов. И ничего нельзя сделать в полной тайне, всегда есть много людей, которые что-то и где-то видели. И никто из наших офицеров так и не узнал об этом лейтенанте. Кто-то сказал, что он приходит из загробного мира и уходит туда.

– Привидение что ли?
– смершевец снова засомневался в том, в своем ли умке сидящий перед ним майор.

– Может и привидение, - устало ответил майор.

– А что такое Аненербе?
– спросил смершевец.

– Это кунсткамера Гиммлера, - сказал майор, - туда собирают все самое таинственное.

Вызванный автоматчик увел военнопленного.

– Ерунда какая-то, - подумал контрразведчик, - чудес на свете не бывает. Бога нет. Человека создала природа из обезьяны. Религия - опиум для народа, а привидения это сказки бабок непослушным внукам, которые спать не хотят.

Ночь. Комната смершевца. Громкий стук в дверь. С пистолетом в руке офицер подходит к двери.

– Кто там?
– спрашивает контрразведчик.

– Товарищ майор, это я, посыльный, - доносится голос из-за двери.
– Вас срочно в штаб вызывают. Офицер пленный в камере повесился.

Помещение для содержания задержанных. На веревке висит пленный майор.

– Откуда в камере взялась веревка?
– спрашивает смершевец.

– Не знаем, товарищ майор, - говорит лейтенант из охраны, - после допроса снова тщательно обыскивали. Кроме носового платка ничего не было.