Ее плечи заметно расслабились, как-то с облегчением, и что-то внутри меня запрыгало от радости.

Я был прав! Она была ревнивой, и она использовала все клише типа «ох, у тебя сейчас нет девушки?», чтобы выяснить, встречаюсь ли я с кем-то.

– Ну, раз уж ты не можешь определиться между завтраком и обедом, может, мы договоримся на завтрак после моего класса в десять утра?
– сказала она.

– Звучит хорошо. Еще я думаю, что мог бы помочь тебе с работой, я напишу некоторые заметки и принесу их.

– Это было бы здорово. В любом случае, мне уже нужно идти.

Я проводил ее до лифта, и она собралась нажать на кнопку в тот момент, когда это собрался сделать я.

Наши руки соприкоснулись, и я почувствовал словно заряд энергии, который распространялся вверх по руке, а Аня отдернула свою руку, ее щеки стали еще краснее, чем раньше.

– Извини, - пробормотала она.
– Я...хм...

Черт!

Она была так сексуальна, когда смущалась.

На самом деле она была сексуальна все время, независимо от того, что делала. Она могла упасть в лужу грязи в свинарнике, и я бы, наверное, все равно думал, что она была самой горячей женщиной на земле.

Внезапно я осознал, что не могу больше сопротивляться ей, хотя я поклялся, что мы только друзья.

Я взял ее лицо в руки и наклонился, прижимаясь своими губами к ее, она ахнула и отпрянула назад, прежде чем влепить мне пощечину.

– Кэм!

Даже если бы она не ударила меня, я знал, что она чувствовала то же, что и я, словно электрическое напряжение, которое взорвалось разрядом искр между нами на секунду, когда наши губы соприкоснулись.

Она не могла отрицать этого.

Я потер щеку, с которой только что встретилась рука Ани.

– Ладно, я догадываюсь, что тебе нужно. Ты опять пользуешься этой своей системой, - сказал я.
– Сейчас я сосчитаю до трех, и если ты не поцелуешь меня, то я, наверное, пойду в свою комнату и умру от стыда из-за отказа.

Она не двигалась и не говорила, но ее глаза возмущенно распахнулись.

– Один... два...

Эээ… Никакого движения или звука.

– Триии...

Ничего. Она даже не моргнула.

– Уммм.... Четыре?

 На мгновение закатив глаза, Аня шагнула вперед и, дернув мою рубашку, потянула меня вниз до ее уровня.

Ее мягкие губы сомкнулись на моих, я же жадно поцеловал ее в ответ. Мои руки обвились вокруг ее талии, а ее руки скользнули под мою рубашку, хватаясь за твердые мышцы на спине.

– Дерьмо, - выдохнула она, отстраняясь.
– Нет, нет, нет. Это было неправильно. Мы не должны были...

– Не должны были что? Делать то, что мы оба хотели сделать, когда снова увидели друг друга?

Она покачала головой и посмотрела в пол.

– Я сожалею, - пробормотала она.
– Я до сих пор не уверена, что могу верить тебе. Это было ошибкой. Ты был прав. Мы должны просто быть друзьями.

Я поднял руки вверх, ладонями к ней:

– Ладно, ладно. Ты права. К сожалению. Слушай, клянусь, я сделаю все, чтобы доказать, что я не настолько «задница», какой ты меня считаешь, так что ты можешь начать снова доверять мне, и я понимаю, почему ты не можешь сделать этого прямо сейчас. Просто пообещай мне, что ты хотя бы попробуешь доверять мне.

Она слабо кивнула:

– Хорошо. Я попробую. Увидимся завтра.

В тот момент, когда Аня подошла к дверям лифта и коснулась его кнопки, он пискнул и двери открылись.

– Кэм, я тебя хочу, а ты полностью избегаешь... Подожди-ка, кто это? – выдал пронзительный женский голос.

Вот же ж дерьмо!

Это была Яна Лэнгфорд. Она была моделью-тире-светской львицей не в моем вкусе, с которой я переспал несколько раз за последние шесть месяцев.

Она жила в этом же здании, но на семь этажей ниже, и это было удобно для нас обоих, учитывая, что я никогда не нуждался, чтобы приезжать к ней или предупреждать швейцара, чтобы он ее пустил.

Когда кто-то из нас чувствовал себя немного одиноко, она звонила мне или я ей, а потом она приходила ко мне в пентхаус. Там был специальный секретный код, который был ключом, чтобы открыть двери лифта на моем этаже, когда у нее не было ключа, я дал ей пароль, чтобы все было проще.

В ретроспективе, это было ошибкой.

Во время вышеупомянутых встреч Яна и я хотели провести несколько жарких часов вместе, прежде чем разойтись еще на несколько недель. Она никогда не удовлетворяла меня полностью, она была мелкой, тупой, и всегда говорила о ее, якобы, сумасшедшем бывшем парне, когда мы были в постели.

Кроме того, она была как любая другая девушка... Она не была Аней.

Я не видел ее пару месяцев, потому что полностью потерял к ней какой-либо и стал избегать ее звонков некоторое время назад.