В переполненном фойе, где было шумно от визгливого смеха и быстрой речи, она была островком тишины — стояла спокойно, почти не двигаясь. Гарт говорил, а сам в это время видел ее синие глаза, тонкий овал лица, ее прекрасный рот, нежный и благородный, удивительно беззащитный.

Дена наблюдала за ним, но без ревности. Ей было приятно, что его интересовала Стефания, а Гарт, в свою очередь, подумал, что иметь такую подругу, как Дена, совсем неплохо. А когда опустился занавес в последний раз, он спросил, не подвезти ли девушек до дома.

— У нас лимузин, — ответила Дена. Она посмотрела вдруг вверх, как будто что-то вспоминая. — Стефания, я обещала позвонить маме перед тем, как мы поедем домой. Я сейчас вернусь.

Оставшись одни, Гарт и Стефания улыбнулись друг другу.

— Как хорошо она поступила.

— Дена всегда так делает.

— Я хочу встретиться с вами. Завтра? Она покачала головой.

— Тогда через день.

— Нет. Простите. — Ее глаза смотрели ясно и честно. — Я бы рада. Но я остановилась на каникулы в доме Дены, и ее семья спланировала наш отдых. Они так добры ко мне, что нельзя просто так исчезнуть, оставив их с билетами и расписанием нашего отдыха. Извините меня.

— А после каникул?

— Я возвращаюсь в Брин-Мор.

— Последний курс?

Она засмеялась:

— Нет. Второй.

Он вздрогнул:

— Вы… сколько вам лет?

— Девятнадцать.

— Вы выглядите взрослее.

— А разве в девятнадцать мы не взрослые?

— Я так не думаю, — сказал он. — Но так должно быть. Вернулась Дена, и они забрали свои пальто, находившиеся тут же, в ложе, приветливо и дружелюбно распрощавшись. Гарт отошел, чувствуя себя неотесанным крестьянским парнем, стоявшим на краю дороги, по которому проезжает королевский экипаж. Они богаты, умны, очаровательны, шикарны, перед ними открыт весь мир. Он посмотрел на сцену, где в течение трех часов пели и разыгрывали любовные страдания, а он все это время смотрел не туда. Крестьянский парень намеревался проследовать за королевским экипажем… Весь путь, до дворца.

Брин-Мор расположен на холмах прекрасной Пенсильвании, в часе езды поездом от Нью-Йорка. Стефания только успела приехать и начала распаковывать вещи, как позвонил Гарт.

— Я буду с вами по соседству весь уик-энд, — сказал он как бы, между прочим. — Мог бы заскочить в гости, если вы будете дома.

Она рассмеялась:

— А что вы собираетесь делать по соседству?

— Ждать вас.

Они встретились у входной арки — в обычном месте встреч в университетском городке, и формально пожали друг другу руки.

— Куда пойдем? — спросил Гарт.

— Мне нужно заскочить на несколько минут в библиотеку, а потом, я думаю, позавтракаем в Уиндхэм-хаусе. Согласны? Очень рано, я полагаю…

— Слишком рано?

— Нет, нет, что вы.

Всю ночь шел снег, и они гуляли по заснеженным тротуарам среди каменных зданий, построенных в готическом стиле.

Гарт сходил со Стефанией в библиотеку, где они спустились по лестнице в подвал, а потом вышли ко входу.

— Никого больше здесь сегодня не будет, — сказала Стефания. — Поэтому тут выставили кое-какую мебель для аукциона антикварных вещей. Мне нужно подписать необходимые бумаги.

Гарт наблюдал, как Стефания, подойдя к машине, разговаривала с водителем. Через минуту она вернулась.

— Шофер сказал, что не работает подъемный кран, и он не сможет погрузить мебель. Вы не хотите пойти позавтракать, а я поищу грузчика? Не знаю, сколько времени это займет.

— Я вырос среди подъемных кранов, — произнес Гарт, — можно я посмотрю?

Она удивленно взглянула на него:

— Разве ученые проводят свои исследования, пользуясь подъемными кранами?

Он засмеялся и прошел через двери для погрузочных работ к машине.

— Парни на фермах Миннесоты пользуются подъемными кранами. И время от времени ремонтируют их. — Он быстро переговорил с шофером, который достал из кабины ящик с инструментами, а потом повернулся к Стефании — Когда мы должны идти на завтрак?

— В три часа. Я нагуляю хороший аппетит. — Он склонился над мотором, работая быстро и легко. — Попробуй, — сказал он водителю через несколько минут и, улыбаясь, повернулся к Стефании. — Наука — это прекрасно.

— Так же, как парни на фермах Миннесоты. Подойдя, она провела пальцем по его лбу. Палец покрылся смазочным маслом. Он улыбнулся и выставил вперед руки.

— Я никогда не мог починить мотор без того, чтобы не перенести на себя половину смазки. Моя мама обычно бранила меня. Где тут можно умыться?

— Вон там, в холле.

— Не уходи без меня.

— Не уйду.

Гарт пошел, все еще ощущая на лбу прикосновение ее пальца, а когда вернулся, нашел ее на том же самом месте.

Стефания получила специальное разрешение позавтракать с Гартом в столовой Уиндхэм-хауса, лучшей в университетском городке. Ею обычно пользовались, так же как и номерами, наверху, приезжавшие гости и родители студентов. Пока Стефания и Гарт изучали меню, сидя у большого окна, она бросала на него взгляды. Его карие глаза были глубоко посажены над выдававшимися скулами, рот широкий, подбородок мужественный, раздвоенный. Когда Гарт улыбался, от его глаз лучиками расходились морщинки. Все в нем было четко и ясно, никаких полутонов. Даже его голос, глубокий и сильный, легко был бы слышен в самых отдаленных уголках большого зала.