– А под каждой кроватью за занавеской личный домик для каждого. – пояснил Витька.

– Это и у меня есть и кровать и домик? – недоверчиво спросил Коля.

Витька запомнил, что это Коля, по родинке на левой щеке, которой не было у Тимоши.

– И у тебя, - ласково погладил он малыша по стриженной головке.

– Ой, Тимка, слышал? – закричал малыш, - у тебя вот эта кровать, а вот эта моя. Только как я на неё попаду? – жалобно спросил он, - она же высокая.

– А вот видишь, здесь лесенка, по ней можно забраться на кроватку. Ну-ка попробуй, - озабоченно сказал Витька, помогая малышу забраться на лесенку. Тот довольно ловко взобрался на кровать и уселся на постели, радостно и гордо поглядывая вокруг. 

– Смотрите, тётя Настя, - обратился Витька к матери малышей, - тут на стенке каждому ещё лесенки укреплены. Они называются шведская стенка, - пояснил он, - это для занятий спортом, а вверху ещё перекладина и рядом канат закреплён. Можно залезть по лесенке на перекладину, а потом по канату спуститься.

– Мамочка, это правда теперь наша комната, - затаив дыхание, Тимоша с ожиданием смотрел на маму.

– Правда, ваша комната, - подтвердила Настя, уже не скрывая текущих слёз.

– Мамочка, а почему ты плачешь? – забеспокоился Илюша, тогда как двойняшки дикими криками и прыжками выражали свой восторг.

– Это ничего, малыш, не беспокойся, - поцеловала его мать, прижав к себе. – Это я от радости заплакала, что у вас теперь такая хорошая комната.

– Тётя Настя, - позвал её Витька. – А вот посмотрите, на этой стене, на правой, встроенные шкафы для вещей, а ещё откидные столики и вообще много всего.

– Ну, вы, ребята, осваивайтесь в своей комнатке, - вошёл в комнату Алексей, до этого находившийся на кухне, - Витя вам всё покажет, это он в основном придумывал обстановку, а мы с мамой будем на кухне, если что.

На кухне они устроились за столом, на котором лежали какие-то бумаги. Алексей пояснил

– Настя, послушай, как обстоят дела. Эта квартира принадлежит мне, но она мне совсем не нужна и не будет вообще нужна когда-либо. Это точно, - кивнул он на недоверчивый взгляд Насти. – Вот я тебе оставляю папку с документами, не показывай их никому, я имею в виду оригиналы, здесь к каждому приложены заверенные нотариусом копии, их и будешь предъявлять, если понадобится. Вот свидетельство о праве собственности на квартиру, вот моё завещание, по которому квартира переходит тебе и твоим детям. Я хочу объяснить, почему я пока не оформляю квартиру сразу на тебя. Во-первых, я военный пенсионер, мне положена льгота по оплате коммунальных услуг, поэтому будем платить 50%. Потом, это тебе страховка, чтобы никто не мог эту квартиру у тебя отнять. Теперь, на что вы будете жить, пока дети маленькие, а ты не имеешь постоянной работы. Мы с братом не пользуемся своими пенсиями, нам эти деньги не нужны. Но мы не будем от них отказываться, просто обе эти пенсии мы будем ежемесячно отдавать тебе на жизнь. Итак, каждый месяц мы будем давать тебе деньги. Не надо отказываться, - понял он протестующий жест Насти, - это на детей. Если хочешь, я могу усыновить твоих детей, если тебе так будет легче. В общем, Женя тебе всё объяснит и поможет, оставит тебе наши номера, по которым ты всегда можешь к нам обратиться, если нужна будет помощь или совет. Да, в том коридорчике, где дверь в ванную и туалет, мы тебе поставили столик с компьютером, за безлимитный Интернет я буду платить, а ты постарайся его освоить. Женя тебе подскажет, как можно по Интернету получать образование.

«Дядя Лёша», - прозвучал у него в голове голос Жени. – «Настя себя очень неловко чувствует, что принимает помощь от чужих, стесняется. Нет у неё уверенности в завтрашнем дне, страшно ей по-прежнему. Как бы её убедить?»

«Я знаю», - вмешался Витька, который хотя и играл в комнате с малышами, но следил и за взрослыми на кухне. – «Пусть дед, ой, дядя Лёша ей скажет, что он её родной дедушка».

«Ложь во спасение? – задумчиво сказал отец Владимир. – Вполне уместна».

«Задание понял, - полушутливо мысленно козырнул Алексей Сергеевич. – Приступаю к выполнению».

– Настенька, - обратился он к молодой женщине, нерешительно и тревожно глядевшей на них. – Расскажи нам о своих родителях, что с ними случилось, почему ты одна.

– У меня от них только одна фотография, - горько сказала Настя. – Бабушка меня растила до 17 лет, а потом тётя велела устраиваться в жизни самой.

Она вынула из пакета, который судорожно сжимала в руках, небольшую фотографию и показала Алексею Сергеевичу. – Вот всё, что у меня есть.

Алексей взял фотографию, тут же поместил её копию в свой семейный архив, а сам ахнул, глядя на фото:

– Откуда у тебя эта фотография, Настенька?

– Тётя отдала, когда выпроваживала меня из бабушкиной квартиры. Сказала, что это мои родители.