Или мне так кажется.

Как только я вхожу в особняк, то начинаю нервничать так, как не нервничала с

младших классов, когда еще носила брекеты. Я вернулась в то время, когда еще не знала

об утюжках для волос.

– Ну как все прошло? – спрашивает Жасмин. Она довольно милая; Мы

познакомились в лимузине. Она из Нового Орлеана, стюардесса – и потрясающе красива.

– Все было нормально, – отвечаю я, не желая признаваться ей, что Джош наводит на

меня ужас. – Так странно видеть направленные на нас камеры. – Я оглядываю комнату

увешанную камерами.

Шарлин, хмурясь смотрит на меня, и сразу же понимаю, что нарушила кодекс.

Никогда не упоминать о камерах.

– Господи, правда Джош чертовски сексуален? Клянусь Богом, что если бы мне

выпал шанс остаться с ним наедине, то я отсосала бы ему. При первой же возможности. –

Я в ужасе поднимаю глаза на девушек, которые начинают обсуждать достоинство Джоша.

Они упоминают какое–то видео, я представления не имею о чем оно, но из разговора

узнаю, что Джош был тусовщиком, так что я не удивлюсь, если он когда–то снял порно.

– Видимо, сегодня только одна из нас уедет домой, – объясняет всем девушка по

имени Кэсси, ее брови приподнимаются, когда она смотрит на нас. Мы вдесятером сидим

в кругу на диване с бокалом шампанского. – Я имею в виду, что всегда так бывает. И я

смотрю это шоу с самого его запуска.

Другие девушки говорят о том, что смотрят это шоу намного дольше. Кажется это

действительно трудно, если Кэсси и правда смотрела это шоу с самого начала.

Но ничего страшного.

И я выхожу из этого круга доверия. Я не заинтересована в том, чтобы обсуждать

Джоша. Я вообще о нем не думаю. Я думаю о Шоне. О его дымчато–серых глазах, темных

волосах, о том, как его широкие плечи заставляют забыть меня обо всем.

Подойдя к задней двери, я открываю ее, и выхожу на огромную веранду.

Официантка предлагает мне еще бокал шампанского, и я беру его. Я перегибаюсь

через перила и смотрю на звезды. Здесь так красиво. Отсюда я вижу пляж, и поражаюсь

своей удаче.

Кто бы мог подумать, что шесть месяцев назад, когда у меня не было горячей воды, и моя лучшая подруга постоянно дразнила меня за то, что я была двадцатидвухлетней

девственницей, что я все–таки окажусь здесь.

– Вот ты где, – произносит мужской голос. Я поворачиваюсь, надеясь, что там

окажется Шон.

Но это не он. Это Джош.

– О, не хмурься, детка, – говорит он. – Я знаю, что ты рада видеть меня. Потому что

кое–кто рад тебя видеть, – он смотрит на свою промежность.

Я улыбаюсь самой фальшивой улыбкой в своей жизни. Я не хочу ничего испортить, и отправится домой этим вечером. Я не имею в виду, что хочу быть притворщицей … но, ладно, хорошо, абсолютно точно я собираюсь притворяться. Я хочу остаться здесь и лишь

мельком увидеть Шона … Я хочу остаться с ним наедине.

Этой ночью.

– Сегодня прекрасная ночь, – начинаю я, отказываясь говорить о его члене.

– Действительно, – медленно говорит Джош, словно пытаясь раскусить меня. – Не

хочешь пройти в более уединенное место?

Я оглядываю пустую веранду. – Неужели может быть более уединенное место, чем

это?

– Уверен, что может, любимая, – говорит Джошуа, наклоняясь ко мне, и шепча на

ухо. – Шарлин сказала, что здесь есть несколько секретных мест, где я смогу отыметь

любую девушку. Где будем только мы.

Я резко вздыхаю, совершенно не заинтересованная в уединении с Джошем.

Совсем.

Он отходит назад, поняв все по выражению моего лица, он отстраняется от

удивления, и я благодарна ему за это.

– Извини, но мне нужно в туалет. – говорю я, убегая.

По пути в патио, я встречаю Жасмин и Кэсси, ищущих Джоша.

– Он вон там, и возможно захочет провести время с вами обеими.

Я вижу, как загораются их лица, словно я предложила им бесценный подарок.

– Спасибо, Хейли. – усмехается Кэсси и они с Жасмин бегут через патио.

Я облегченно вздыхаю от того, что не завожу себе врагов.

Тем не менее, я растеряна, возможно, увидев Джоша, я вспомнила, зачем я здесь.