– Что он просил?

От нее ни звука. Барон терпеливо задал пробный вопрос:

– Ариш, он просил что-то изготовить?

Она повернулась и медленно подняла на варвара настороженный взгляд уставших глаз.

– Хочешь уточнить, стоит ли тратить силы на его просьбу?
– предположил Стафорд, не глядя в ее сторону, давая собраться с мыслями.

– Не совсем так… - судорожно вздохнула и сделала чистосердечное признание.
– Просьба исполнена, настойка отправлена.

Резкий оборот к ней и оглушительное:

– Что?!

Он старался не рычать, он дал себе слово, что и шипеть на нее не будет, но этот вопрос сам собой получился громким и возмущенным. Кареглазка вжала голову в плечи и зажмурилась.

– Прости… - тут же опомнился и отсел.

– Боже правый, что ж вы так орете?

– Так получилось, - прохрипел Стафорд сквозь зубы. Сжимая и разжимая кулаки, заставил себя говорить тише и спокойнее.
– Как…?!
– голос громыхнул, медленно выдохнул, чтобы опять не рявкнуть.
– Как ты отправила ему настойку?

– С Лерфом.

– С кем?!
– почти прошипел, когти впились в руки, а сам он с опозданием чуть не рассмеялся от облегчения. Лерф это же он, и малышка об этом не знает!

– … ммм, все. Понял, о чем ты.
– Медленный вдох и такой же выдох, и варвар не спеша разжал кулаки. Хорошо, что у него времени не было на ревизию посылок и писем, иначе бы они сейчас говорили в совсем другом тоне.
– То есть через молчаливого ты уже передала изготовленное. Так?

Посмотрел на нее лукаво, а в ответ получил удивленный взгляд и робкое:

– Так.

– Интересно… - он вернулся на первоначальное место, поближе к ней.
– И что это? Дурман, яд, сыворотка молодости, любовное зелье?
– тоном завзятого ловеласа поинтересовался барон и, игриво подмигнув, добился ее скованной улыбки.

– Так я прав?
– поводил он бровями.

– Н-да зелье для любителя правды, если можно так сказать, - рассмеялась Ариша.

– Сыворотка развязывает язык?

– НинГарто - это напиток позволяющий узнать истину прошлого или тайну будущего.
– Пояснила она, все еще улыбаясь под его пристальным взглядом.
– Так было написано в дневнике некроманта… Гаро говорил, что он видел его еще будучи мальчишкой, когда Саир, перекладывал книги из одного сундука в другой…

Неуловимое чувство, проскользнувшее в ее взгляде, заставило Стафорда напрячься. И чем она руководствовалась, создавая зелье для венценосного? Что это: влюбленность или дружеское участие?

Он оборвал ее на полуслове:

– Почему он попросил тебя об этом? Для кого напиток?

– Я не знаю.

Не знает? Удивительно, неужели женское любопытство не возобладало над ней. С едва заметной ехидцей барон поинтересовался:

– Желает опоить свою эпистолярную любовницу еще раз узнать об ее истинных чувствах?

– На что вы намекаете?

Молодец, малышка. Подспудно чувствует, что он ведет свою игру, но еще не догадывается какую. На вопрос он не ответил и продолжил говорить:

– Или же хочет осчастливить себя признанием невесты предательницы?

Ариша нахмурилась, сцепила руки и осторожно предположила:

– А может из-за некоторых трудностей с его подданными и в какой-то мере с родными.

– Вот как?
– издевательски протянул оборотень.
– Неужели он открыто признал, что Табир был тираном и извергом.

– Барон, вы…

Несомненно, она хотела сказать, что оборотень забывается, но кто ей даст упрекнуть волка в забывчивости.

– Или нажаловался на домостроевские устои в семье? А?

– Нет!
– с пламенем во взгляде она встала с места и прошлась из стороны в сторону, с укоризной глядя на Стафорда.
– Гаро лишь вскользь сообщил, что они не всегда находили взаимопонимание.

Все-таки простая поддержка друга, заметил барон про себя и убрал из голоса язвительность.

– И при каких обстоятельствах вы коснулись этой темы?

– Когда я осматривала его спину… - нехотя пробурчала все еще возмущенная малышка и зажмурилась. Судя по ее реакции, спина у принца выдающаяся.

– Исполосован, - не столько спрашивая, сколько утверждая, произнес Белый варвар.

Все же под командованием Гневного Табира IV он прошел через всю Ларвию и видел его методы воспитания, выучки и муштры, призывающих к безропотному подчинению.

– Шрамов не много, но они остались, - прошептала милосердная кареглазка.
– А вы… вы не только опекаете, но и перепроверяете почту.