–Раздвинь шире и представь то, что любишь…что ты любишь?

–Море и солнце…

–Вот и представь море и солнце.

Голос стал другим. Жёстче, чётче, метче.

Он спускается руками ниже…

–Сухая совсем…

Чувствую холод от прикосновения чего то. Мокрый, влажный холод. Страх пронизывает всё тело. Резко открываю глаза. Вздрагиваю, сажусь и натягиваю простынь. Смотрю на него, сидящего на краю жуткой постели со стоячим членом. Ужас. Ужас. Ужас охватывает. Снова сковывает и пугает.

–Ой, прости

Смотрит на меня щенячими глазами и прикрывается простынёй. Пауза. Пауза. Пауза. Долгая, тянущаяся пауза.

–Тебе нужно повзрослеть и расстаться с девственностью…чем раньше, тем лучше…иначе у тебя ничего не получится жизни. Найди кого угодно. Только найди.

Буря противоречий, сомнений охватила меня. Гнев, ярость, негодование. Стук в дверь. Нас выдергивает из плена друг друга, особенно меня. В комнату заходит наглая, свободная, фривольная девушка. Улыбается. Тихо встаю и ухожу. Меня трясёт, ноги ватные, руки холодные. Медленно одеваюсь и сажусь на диван. Улетаю в свои мысли и проваливаюсь в другой Мир.

Она выходит первая, счастливая и довольная. Он идёт следом и смотрит на меня.

–О, уже одетая.

Как всегда весёлый и счастливый, наигранный и закрытый…чужой, другой. Отпускает. Напряжение отпускает и я счастлива. Гори в аду кобель, что б тебя черти затрахали. Она идёт одеваться, он садиться рядом.

–Глупая ты и маленькая…

–Где моё пиво?

–Это наше пиво.

Откуда то вываливает божество в обнимку с другой молодой женщиной. Оба довольные и счастливые.

–У нас есть пиво?

–Чувак, где-то был ещё мешок. Сейчас скажу. Принесут.

От этого вопроса божество выдернуло из другой реальности. Тут же начал суетиться, распоряжаться и вести себя деловито. Она пошла в комнату с одеждой. Включилась любимая песня и меня срывает с катушек. Танцую. Глупо, ужасно, криво, отвратительно. Очкарик резвиться на бильярде.

Все одеты и нависла пелена ожидания. Решили, кто как и с кем поедет. Собака предлагает девушек развести по домам. Остальные на такси. Выходим. Хмельной угар кружит голову. Садимся по машинам. Хочу сесть назад.

–Нет, ты садишься спереди. Сначала завезём двоих, потом тебя.

Подчиняюсь. Декабрьский морозец трезвит, и хмельная пелена медленно отступает. Смотрю на него…тишина. Внутри тишина. Холодный, отстранённый, чужой. Совсем другой человек. Человек, от которого шарахнуло в первую встречу. Меня это пугает и сковывает. Всё кончено. Больше он никогда не позвонит. Успокаиваюсь и растекаюсь в кресле.

Мы едем быстро по кольцевой дороге. Он говорит и говорит о своей прошлой жизни, о своих браках, детях и что с ним было. Он говорит живо, ярко, эмоционально, болезненно. Он говорит так, что Гитлер позавидует. Он говорит так, что у меня мороз по коже.

–Писать хочу.

–Потерпи.

–Никак….

–Сейчас остановлю…простудиться не боишься?

Смотрю на него. В его голубые-голубые глаза. Он останавливает. Идёт куда-то. Сажусь на обочине и быстро, быстро делаю своё дело. Стремительно сажусь в машину. Засыпаю под его монолог.

Уже светло. Совсем светло. Он резко останавливает машину. Выходит и открывает дверь. Раньше никогда. Всегда сама выходила. Протягивает руку. Кладу свою в его. Резко притягивает к себе и обнимает. Крепко, сильно…обмякаю и проникаюсь им, впитываю его запах, боль, нежность, силу. Теперь он совсем мой…родной и мой, тот самый, мой. Чувствую его тепло, слышу ритм сердца и хочу его с новой силой. Шепчет на ухо.

–Будь умницей и не шали.

В ответ киваю. Отпускает. Иду по налипшему снегу и льду на своих каблучинах. Ноги подкашиваются. Иду в плену, дурмане, вихре.

–Ты меня слышала?

Оборачиваюсь и кричу.

–Дааааааааааааааааааааааааа!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Силы покидают, как только захожу в подъезд. Одно в голове. Голос толдычит – «Проснётся и забудет. Ты могла стать для него всего лишь игрушкой на одну ночь. Всего лишь девочкой». Гоню и проклинаю этот голос. Проклинаю весь вечер и ночь. Проклинаю его. Беру себя в руки и иду наверх, домой. Только это лишь прибежище на время. Дом он там…где-то там.

Вхожу в квартиру. Снимаю шубу и сажусь на табурет.

–Могла бы позвонить. Оставила тебе кучу сообщений и звонков.

–Занята была и хочу спать…

–Ты пьяна?

–Нет.

–Было?

–Нет.

–Слава Богу.

Уходит к себе. Плетусь в комнату.

–Мой отец всегда душ принимал.

Может она так не орать. Бесит, раздражает и напрягает. Плетусь всё равно в свою комнату. Раздеваюсь и падаю спать. Всё равно его номер стёрла и всё на свете, что напоминало бы о нём. Сегодня уже новый день и новая жизнь. Обо мне он уже забыл.