Дача, свежий воздух, август, прекрасная середина августа и мне 19. Обожаю. Приятно лежать в траве, в ещё сухой траве и смотреть в небо, голубое чистое небо и ощущать тёплое солнце, ласкающее моё лицо. Слышу пронзительный, требовательный голос.

–Телефон звонит. Звонит телефон. Возьми трубку.

Блин, блин, блин. Вот она в 10 метрах от телефона. Нашла себе секретаря. Встаю из травы, и прусь к телефону. О, боже мой! О боже мой! Проносится в моей голове это его номер. Отхожу подальше, что бы разговор остался подальше от этой упырихи.

–Привет, милая. Чем занимаешься?

–На даче

По лицу растекается улыбка и сердце начинает дрожать. Оно дрожит так слабо и так ощутимо, что хочется остановить его. Остановить вихрь, ураган и остаться в рамка устойчивости. Дать волю чувствам….ах, ах, ах…стать собой или остаться. Да ну нафиг…

–Могу приехать…это далеко?

Смотрю на огромную территорию, свою мать и покосившейся хозблок вместо нормального дома и мне становится стыдно. Ещё мать вцепится в него мёртвой хваткой и начнёт пытать.

–У нас тут гости….Лучше вечером.

–Давай, если не испугаешься…болею, заросший.

Интересно чем это он более…похмелье поди.

–Не из робкого десятка.

–Смелая значит. В 6 заеду. Ты ведь маленькая и спать рано ложишься.

В ответ молчу. Раздражает. Увидеться, поболтать и покончить с этим.

–Хорошо.

На часах 2 часа дня.

–Ну как с ночовкой останемся?

–Хотелось бы…только он позвонил и мы договорились сегодня встретиться.

Сколько обиды, разочарования и ужаса на лице. Того гляди расшибёт и разнесёт всё вокруг.

–Могу отменить

–Встреча так встреча. Мать могла бы спросить. Собирай вещи.

Ужасное чувство вины. Ужасное. Отвратительное, омерзительное состояние. Ничего, ничего чуть-чуть осталось. Скоро, совсем скоро свалю, и эта тварь исчезнет из моей жизни.

Едем молча. Как же она жутко водит машину. Всегда по середине, то и дело критикуя остальных водителей и постоянно, что-то говорит, ворчит, возмущается. Ура, мы дома. Молча тащу вещи в квартиру. Хоть бы зад свой оторвала. Огромный, толстый зад.

–Ещё разик сбегай, и остальное со стоянки донесём.

–Ишаки что ли?

–Ну ладно, бегай

Беру всё, что осталось и захожу в подъезд. Еле передвигаю ногами. Всё отваливается и болит – руки, ноги, шея, спина. Захожу в квартиру и аккуратно ставлю поклажу на пол в чётком порядке. Господи, уже 4 часа. Спускаюсь вниз.

–Съездишь на стоянку без мне. Мне собраться надо.

–Куда?

–У меня встреча вечером, говорила об этом.

–Точно у тебя свидание.

Столько сарказма, ненависти, презрения и пошлости в голосе, что хочется всё отменить и лечь в постель.

–Могу отменить…

–Ну уж нет! Мы с дачи ради этого уехали. Собирайся. Одна съезжу.

Почему она всегда говорит с таким вывертом и озлобленностью, детской обидчивостью и ревностью.

–Чайник поставь. Что б к моему приходу все вещи были разобраны.

Она резко трогается с места и уезжает. Пулей лечу домой, очень быстро разбираю вещи и иду в душ. Понимаю, что очень устала и нет сил куда-либо идти. Пишу сообщение – «перенесём на завтра?» Ответа долго нет, и я продолжаю собираться. Сажусь на пол на кухне с чаем и слушаю тишину. Где она эта тишина. Где она. Постоянно какие-то звуки. Их так много, так много, что это сводит с ума. Голова трещит по швам и вот-вот лопнет. Сворачиваюсь калачикам и лежу. Пропадаю, выпадаю и почти сплю. Надо встать. Надо встать.

Встаю и плетусь к входной двери. Долго и медленно разглядываю себя в зеркале, то и дело темнеет в глазах и становится дурно. Кот кругами ходит вокруг меня и трётся о ноги. Присаживаюсь на корточки и беру кошару на ручки. Он такой тёплый, мягкий и податливый. Ласково трётся своей мордочкой о мои руки, шею, щёки. Обнимает своими сильными лапами мои запястья. Волшебное существо. Волшебное. Слышу шаги на лестничной, открываю дверь и жду…Слышу вибрацию телефона в кармане…смотрю… «Ну давай, только у меня совсем мало времени будет и я болею, не бритый, не испугаешься?» Отвечаю – «Не испугаюсь…во сколько?» Пишет «В середине дня, напишу» Отвечаю «Хорошо». Мне вдруг полегчало и голова перестала болеть. Сколько себя помню, голова болит всегда.

Утро! Обожаю утро! Особенно воскресные. Редкое воскресенье выдаётся пасмурным. Солнце, едва желтеющая листва и приятный аромат осени пробивается с улицы через балкон. Тюль стелется по полу и приглашает выйти на балкон. Томно нежусь в постели и совершенно лень вставать. Улыбаюсь и ворочаюсь. Всё-таки выбираюсь из постели, оборачиваюсь в халат и иду в ванную тихо, лёгкими шагами. Запираюсь там и наслаждаюсь играми с водой. Чувствую, что она проснулась. Вокруг сразу появляется давящее напряжение, пространство сжимается и у меня портиться настроение. Ощущение скованности пронизывает всё тело и душу, в ногах появляется тяжесть и трудно дышать, голову сковывает боль. Выхожу из ванны и желаю доброго утра. Стараюсь поменьше с ней разговаривать. Каждое слово даётся с трудом. Хочется оттолкнуть её. Завтракаем…всё как обычно. Летаю в облаках и думаю, что надеть. Его голос постоянно в голове. Мне страшно, тревожно и интересно. Иду одеваться…скованность….какая-то скованность. Выбираю узкие джинсы, обтягивающую кофту бирюзового цвета от Юдашкина и светло-голубой вельветовый пиджак. Легкий макияж и волосы без укладки. Обожаю свои золотистые локоны. Звонит телефон. Сердце йокает. Мать бежит к окну. «Еду, у меня чёрная копейка». Совершенная ложь. Не верю. Сама смотрю в окно. Чёрная изящная машина заруливает во двор. Сердце сжимается. Ноги ватные. Спускаюсь по лестнице. Выхожу и сажусь в машину. О! Ужас! Никакие деньги и богатства Мира не заставят сесть меня в его машину снова. Мы едем…он постоянно говорит, слушаю… Терпкий запах парфюма вызывает безумную головную боль. Хочет казаться расслабленным, однако явно напряжён. Чувствуется внутренний надрыв и борьба. Может у него похмелье, болит что-то. Водит нервно и очень быстро, очень.