пожарной службы. Я был просто поражен всем, что там происходило. Одни только

громадные машины и снаряжение произвели на меня неизгладимое впечатление. Конечно,

на вызовы меня с собой никто не брал, но что нужно было маленькому мальчику, как не

посидеть и порулить в машине, с размером в огромный дом. Том частенько рассказывал

нам с братом свои пожарные истории, показывал награды, делился достижениям. Мы

гордились им. Благодаря ему, я многое испытал и прочувствовал на себе все «прелести»

этой профессии.

— Эй, ты ещё здесь?

— Да, сэр. Просто отвлекся, — глупо отвечаю я.

— Когда я звоню тебе по личным делам, я тебе не сэр. Заруби себе это на носу, —

настаивает Уильямс.

— Да, сэр!

— Кейн, я серьезно.

— Шучу, сэр, — никак не угомонюсь.

— Ладно, так что у тебя опять стряслось?

— Ничего нового, абсолютно, — замолкаю на какое-то мгновение, не имея понятия,

как ему объяснить.

— В каком месте травма? — Уильямс явно ясновидящий.

— Черт... с рукой проблемы, сегодня наложили швы, — мямлю я.

Мне просто очень стыдно перед ним, и я в последний раз обещаю себе, не быть мудаком.

Он такой подставы не заслуживает.

— Ладно, сынок, — слышен тяжелый вздох Уильямса. — На этот раз я что-нибудь

придумаю, но…

— Такого больше не повториться, — перебиваю его я.

— Хотелось бы верить. — Через какое-то время, он продолжает. — Поправляйся,

сынок, я наберу тебя позже.

Он быстро кладет трубку, и я не успеваю ничего сказать ему в ответ.

Проклятье! Сынок. Так звал меня мой отец, а теперь зовет Том. Я капитально

облажался перед ним капитально.

Слышу скрип двери и вижу выглядывающую из проема голову Джона. Он как-то

странно выглядит. Неужели на его лице я вижу смущение?

— Кто звонил? — сразу интересуюсь у него я.

— Коллега, — с неохотой отвечает он.

— Значит, тебя сегодня вызывают? — явно чую какой-то подвох.

По нему видно, что он набирается смелости:

— Эээ, нет. Не сегодня. Завтра вечером я приглашен семьей Девис к ним на ужин, —

ждет моей реакции.

— Чувак, я понятия не имею, кто это.

— Мистер Девис, он же заведующий хирургией госпиталя, который мы посетили по

твоей милости. Он же отец Дилан, — Джон лепечет передо мной, словно пятилетний

мальчишка.

— Давай, ещё заикаться начни, — начинаю хохотать я. — И вновь эта малышка

Дилан, которая под предлогом укола, любовалась моим задом, а в гости позвала тебя.

Несправедливо.

Брат молчит. Похоже, он заглох, раз не в состоянии что-либо ответить. Да и не надо, всё и

так понятно.

— Ладно, что от меня-то требуется? — спрашиваю я.

— Поживешь здесь пару дней. Это не просьба, а приказ. Я завтра с самого утра на

службе, а вечером, как тебе уже известно, буду на ужине, так что, этот дом в твоем

распоряжении. Только прошу, никакой выпивки. Заодно, проветришь и высушишь от

алкоголя свои мозги.

С этими словами, он исчезает из дверного проема, оставляя меня одного.

От боли моя голова раскалывается на две половинки, словно кокос. Рука всё также

постанывает в районе шва и, чтобы облегчить немного тупое ощущение, тянусь в карман

куртки за пачкой сигарет. Ни о чем не думая, закуриваю и смотрю куда-то вдаль. Я делаю

еще одну глубокую затяжку, выдыхаю и растягиваюсь на стуле. Именно сейчас мне

необходим отдых. Может, Джон прав, мне нужно пожить пару дней у него, дабы не

наворотить еще большего дерьма в своей жизни.

Глава 5

Дилан.

— Майкл… да, милый, — его руки скользят под мою ночную футболку, которая когда-то

принадлежала ему. — Прикоснись ко мне, — ласково сжимает мою грудь, и я выгибаюсь

ему навстречу. Еще сильнее закрываю глаза. Чувствую, как его язык облизывает мои

соски, а затем легонько будоражит их своим дуновением.

— О, боже, да… — провожу языком по своим пересохшим губам, пытаюсь к нему

протянуть руки, но они будто связаны.

Влажная дорожка из поцелуев спускается ниже к моим трусикам. Он сжимает мои бедра

руками, и я нахожусь в предвкушении, когда он коснется меня языком, именно там, в