Королева Воров от души выматерилась, а потом рассмеялась.

– А ведь успела же, тварь поганая, - усмехалась она.

– Лола, - тихо позвала Келли.

– Всё нормально, можете открыть глаза.

Девушка слышала позади себя движения, это эльфийка пытается ползти. Потом послышались ругательства на певучем языке, а затем слова благодарности за спасение и признание Лолы сильнейшим из воинов. А Королева Воров смотрела в серое небо и молчала.

Гай и Карл бежали. Красная Фигура была впереди. Тварь оказалась совсем не тварью, а обычной девушкой, правда, с необычными гастрономическими пристрастиями. Но странности есть у всех, поэтому Гай решил опустить тот факт, что Анна на раз-два перегрызает глотки волкам, ну и другим опасным чудовищам, и готова помочь выбраться с острова ему и его друзьям. Когда Эс спросил, почему он должен ей верить, она в который раз заявила, что очень хочет убраться из этого проклятого места вместе с ними. У Гая не было пока причин не верить ей, да и выхода особого не было.

Деревья расступились, давая им пройти, дорога стелилась словно скатерть на гладком столе. Анна взаимодействовала со всем живым и неживым, выстраивая путь через дебри. Гай на мгновение задумался, что это всё слишком просто, но Анна перешла вдруг на шаг, а потом и вовсе остановилась.

– Мы на месте, - сказала девушка, а потом Гай и Карл увидели озеро посреди поляны.

– Ты можешь мне помочь найти друзей?
– спросил тут же её Эс.

Анна улыбнулась, выражение лица стало хищным.

– Они скоро прибудут, - заверила его девушка.

У Мануэля было какое-то странное предчувствие. Он заготовил сразу несколько мощных заклинаний, окружил себя антимагическим куполом, но всё равно оставалось ощущение, что что-то явно не так. Тропинка заводила всё глубже в лес, мимо каменной гряды, потом была равнина с абсолютно голой серо-коричневой землёй, и кончилась дорога у высокой статуи в виде крылатой женщины в развивающемся, будто на ветру, платье и с птичьими ногами.

Мэни скрестил руки на груди, ожидая продолжения. Через мгновение земля задрожала и прямо под статуей в земле раскрыл своё зево проход.

– Я так понимаю, мне туда. Выглядит странно, но ты ведь помнишь наш уговор, - усмехнулся он.

Ответа не последовало, но маг знал, что здесь он не один. Он поднял взгляд и посмотрел прямо в лицо каменной статуе. А потом шагнул во тьму в земле. Под ногами оказалась ступенька, Мэни зажёг магический огонёк, который теперь плыл впереди него. Он спускался всё ниже и ниже, не видя вокруг ничего, кроме удушающей тьмы. А потом резко кончилась лестница и нога Мануэля шагнула в пропасть. Слишком поздно он осознал, что падает, глаза его расширились лишь на мгновение, но ещё до того, как он произвёл заклинание левитации, почувствовал под ногами твёрдую поверхность. Мэни расхохотался от души. С его разумом играли, а он и не заметил. Вот откуда взялось беспокойство, но оно всё равно не пропало, наоборот, чувство тревоги усилилось.

Маг размял мыщцы, хрустнули суставы. Потом шарик со светом стал больше, но так ничего и не осветив, кроме тьмы по сторонам и впереди. Он пошёл дальше, решив двигаться вперёд. Неожиданно перед ним возникла большая дверь из дерева. Было ощущение, что она сама шла к нему навстречу, и вот они с магом столкнулись нос к носу.

Мэни приподнял в удивлении брови. А дверь-то была вделана в стену, а стена эта эта была чёрной. Мужчина взялся за ручку, потянул. Несмазанные петли натяжно заскрипели, шарик света тут же вплыл в проём. Оказалось, что скрипела не дверь, а то, что сидело дальше, во тьме помещения. Оно продолжало порождать эти жуткие звуки нескончаемым потоком, а потом Мэни почувствовал, что оно начало двигаться, источая волны злости, голода и безумия. И недолго думая, мужчина призвал на этот чёрный свет меч из молний. Лезвие было неровным, постоянно потрескивало; концентрация электричества была мощной и убийственной. Он поднял его над головой, лезвие стало длинее и шире, и света от меча хватило, чтобы разглядеть скрипучую тварь. Оно стояло, скрючившись; высокое, метров три в росте, худое, с песочно-серой кожей и сосульками редких чёрных волос - это напоминало человека, если бы не обрубки на спине и птичьи ноги. Оно, или она, широко раскрыла рот и скрипела , смотря на Мэни жуткими провалами вместо глаз. А с шее тянулась толстенная цепь, вбитая прямо в стену.

Маг пошатнулся, сделав шаг назад. Тем временем, она снова набрала в лёгкие воздух и заскрипела. Мэни вспомнил всех богов и маты одновременно. Дверь же за спиной с грохотом закрылась. И мужчина снова грязно выругался. Потом с разворота обрушил меч на дверь, но та уже исчезала, будто и не было, и лезвие вошло в черноту стены, проделав дыру. Оттуда в помещение посыпали комья сырой земля.

Истерзанная женщина-птица дёрнулась на цепи в сторону Мэни, обливая всё его восприятие жутким безумием. Скрюченные пальцы с грязными кривыми ногтями потянулись к нему, и снова её крик-скрип.

Мужчина вздохнул, успокоился. Увидел другую дверь за её спиной. Нахмурился, убрал меч из молний, на мгновение стало темно, но потом шар света возник перед Мэни по его зову. Он поднялся повыше, засверкав как маленькое солнце. Стены подземной темницы выглядели как густая тьма, но стоило лишь коснуться их, поверхность оказывалась прохладной и гладкой.

Что делать с узницей? Убить и окончить страдания? Зато Мэни теперь знал, что попал в гробницу мифической женщины, настоящей Сирин. Те, что развлекались голышом на пляже, были лишь злобным порождением прекрасных сирен, давно ушедших в сказки.

И похоронили Сирин заживо, приковав к стене. Мэни не мог понять, каким чудом когда-то прекрасное и волшебное создание было живо до сих пор.

Мужчина закрыл глаза, потоки силы прошли через его тело и направились к существу. Она заскрипела своим голосом сильнее и отчаяннее. Дёрнулась к нему, протягивая страшные сухие руки.

"Съесть."

– Меня, что ли?
– горько усмехнулся он, и с удвоенной силой начал сканировать её тело, точнее, пытался. Сирин плохо поддавалась его магии, но то, что она была до сих пор жива, не являясь живым мертвецом, было яснее некуда.