Делия и Астрид вздернули меня на ноги. Видимо, решили, что надежды на то, что я пойду сам, у меня уже нет.

– Кстати, лучше тебе не нарываться, - как бы между делом сказала Астрид. Я подумал, хочет похвастаться. И со всем вниманием посмотрел на нее. Я ведь и вправду не знал, что случилось. Я помнил Бурю, а потом ничего не помнил, кроме сна.

– Потому что я не чувствую боли! И могу передавать свою боль другому! Вот, например, тебе!

Она вдруг ущипнула себя за запястье, а я почувствовал, что мне больно.

– Эй!
– сказал я. Но порадовался за нее. Она явно с удовольствием развлекалась таким образом.

– Видел бы ты, как я завалила того парня, Жадину. Он правда в итоге оказался не таким уж плохим... Ну, это не так важно! Я сражалась как львица!

– Она буквально залила его своей кровью!
– засмеялся Аксель.

– Заткни хлебало, иначе ты следующий! Так вот, я вызвала его на бой, чтобы спасти вас с Констанцией. А потом оказалось, что это вас с Констанцией спасали, а ты чуть не умер, пока я дралась. Но все хорошо закончилось!

– Спасибо тебе, что ты быстро победила в таком случае.

– Там были такие уроды! Ну такие уроды!

– Астрид, - сказал Адриан.
– А ты довольно бесчувственна.

– Но я пообещала этим уродам зайти в какой-то Хрустальный грот. И я выполню свое обещание.

– Надо же, - хмыкнула Делия.
– Да ты благородный воин.

Было солнце, бледное, как стеклянное, только чуточку желтоватое и не греющее. Мы шли все дальше на север, снова куда-то направлялись.

Констанция пояснила:

– Аксель, конечно, не в восторге, но Астрид настояла на том, чтобы мы зашли в этот Хрустальный Грот. Не думаю, что там что-то страшное. Потерянные оказались не такими уж жуткими парнями.

Я пожал плечами:

– Это одно из моих базовых убеждений: люди не такие жуткие, как нам кажется.

И она улыбнулась, а я подумал - надо же, как красива ее улыбка.

Мы шли в гору. Где-то далеко, как спица, торчала вверх белая башня. Она почти сливалась с зимним небом. Аксель указал на нее:

– С точки зрения профессиональной этики - нам туда.

Башня стояла на скале, и к ней вели ступени, выдолбленные прямо в камне, как подступ к древним храмам.

– С точки зрения того, во что верит Астрид, нам явно куда-то еще, - пожала плечами Делия.
– Но я не против. Что нам уже терять?

Астрид сказала, что знает, куда идти. Я спросил, есть ли у нее карта, но Астрид сказала, что карта у нее в голове. Я не совсем ей поверил. Тогда Астрид дернула себя за волосы, и я почесал голову. Было больно. Теперь она так долго могла развлекаться.

Меня утешало, что Акселю доставалось больше. Странное дело, я совсем не чувствовал себя усталым. Наоборот, будто проспал часов восемь, сытно пообедал и хорошенько расслабился. Может быть, даже и сексом занялся - такое приятное, разморенное и удовлетворенное чувство было.

И даже холод казался освежающим. Я кивнул на пушистую флягу, такие в книгах еще иногда называли "меха".

– Что это?

Здесь я, конечно, не совсем правильно поступил. Я воззвал к самому что ни на есть темному, что было в Акселе, к его тайной сущности экскурсовода. Но мне было интересно послушать.

– О, я так рад, что кто-то наконец спросил! Вот в чем смысл твоего существования, Герхард! Задавать правильные вопросы! В правильное время! Это одна из тех вещей, которой славятся Потерянные! Они умеют готовить из оленьей крови, трав и ягод удивительнейший напиток. Он залечивает любые раны живых, снимает голод, усталость и жажду. В принципе, не необходимость для Принца Аркадии, но иметь такое приятно. Однако рецепт Потерянные хранят очень бдительно. Дело в том, что у них напиток имеет куда более важную функцию.

Оставалось только спросить "какую". Я думал, это придется сделать мне, но неожиданно спросила Делия. Хотела сделать Акселю приятно, а может просто стало любопытно.

– Потерянные, как вы понимаете, мертвы. А душам хорошо либо в Великой Реке, либо в физическом теле. Кроме того, они страдают от искажений, боли и ужаса пережитых при встрече с Неблагим Королем.

Аксель говорил об этом так легко, будто все эти страдания невинных душ ничего не значили для него.

– Так вот, они ощущают холод, голод, боль, страх, и вообще все вероятные человеческие дискомфорты в утроенном размере, они страдают, в прямом смысле, как в аду. А этот напиток помогает им облегчить их боль, поддерживать вполне сносное физическое состояние. Они и трех дней не протянут без него.