Этот разговор велся уже на обратном пути. Старик бывший провожатым, немного успокоился, все получилось, бандиты убедились, что золото есть, значит дальше будет все нормально. Ну в самом деле, не звери же они, убивать просто так людей - тем более откупившихся.

Мысли старика настолько явственно прорисовывались на его лице, что даже было неинтересно. Тем более, что придется убирать всех, золото то мы унести не смогли.

4

Мы уже почти вышли из крепкого купеческого квартала, как нас остановил осторожный свист, раздававшийся из подворотни. Присмотревшись мы заметили ШУстрго, энергично махающего нам рукой.

– Сюда, быстрее.

Подбежав к нему я строго спросил:

– Как ты здесь оказался?

– Да братва предупредить послала. В порту гвардейцы появились, рубка идет. Поосторожнее надо бы.

– Ну все предупредил? Теперь обратно пошли. И быстро!

– Подожди, - Шустрый уцепился за мою руку, - видишь воон те ворота.

– Ну?

– Так вот, несоклько минут назад оттуда выглянула одна знакомая тебе личность.

– Ну?

– Гну! Там кто-то из банды Хрипатого, может и он там же.

Переглянувшись мы решили посмотреть, что там происходит. Если же их гораздо больше, то потихонечку свалим. Подойдя к воротам, я потянул створку на себя, те приоткрылись ровно на столько, чтобы пролезть не толстому человеку. Скользнув во двор мы не обнаружили ничего, кроме нескольких трупов, охранников и явных арестантов. Быстренько осмотревшись мы пошли шарить по дому, пока не услыхали звуки.

Картинка была так похожа на ту, что оставили мы, что вызывала умиление. Кто-то трудился над разложенной женщиной, кто-то прижигал пятки купцу, кто-то с равнодушным видом сидел за столом и пил найденное тут же вино. Убить их не составляло особого труда. Оставив шустрого на стреме, мы расстреляли находящихся в комнате из арбалетов, не заморачиваясь на длинные разговоры и объяснения за что мы их всех убиваем. Пришпилив допрашиващего купца к стене, а пьюшему вино всадили болт в дно кувшин так, что он пришпили чудом не расколовшийся черепок к раззявленному рту.

Тело на бабе даже не услышало этого, продолжая заниматься своим делом.

Безухий, подошедший чтобы прекратить столь явное неуважение оказываемое нам, был мной остановлен.

– Погоди. Дай человеку сдохнуть счастливым.

Дождавшись пока тело не застонет и не начнет двигать бедрами быстрее, Безухий аккуратным движением небольшой тяпки для рубки капусты, сильным ударом перерубил тому шейные позвонки. Человек умер счастливым.

Оглянувшись в поисках противника, я послал своих, кроме Безухого, быстренько осмотреть дом, а сам взял стул и уселся напротив купца:

– Ну вот что, купец, - обратился я к пожилому человеку в халате, с закрученной по обычаям безземельного племени бородой.

Тот обреченно продолжал смотреть на меня. Безухий повел глазами в сторону разложенной мамзели, на которой все еще лежал труп жирного. Девочка была молодцом и не вылазила, чтобы не напоминать о себе, ну или просто сознание потеряла, не знаю. Я отрицательно мотнул головой, Безухий с сожалением еще раз оглянулся, но согласно кивнул. Видимо тоже понял, что второй кусок нам не осилить.

Сейчас они быстро обшмонают дом и убитых нами "сослуживцев", мне же нужно привести в чувство купца. Нам не потянуть второй куш, значит есть возможность сделать доброе дело.

– Эй, - я легонько отхлестал его по щекам, приводя в чувство.
– Ну ка, давай, сфокусируйся.

Взгляд хозяина наконец стал сосредоточенным и он спросил прерывистым голосом:

– Кто вы?

– Солдаты, - ухмыльнулся я.
– Обычные солдаты.

– Освободители, родненькие , - прошептал купец и затрясся в рыданиях.

Я почувствовал себя очень неудобно:

– Значит так, так мужик, сейчас берешь выживших и где-нибудь ховаешься. Если кто докапывается, то говоришь, что уже подоили. Бывай.

Купец сзади всхлипывал. Я выскочил из комнаты, собрал своих и мы бегом направились к нашим.

***

– Как чувствовал! Как чувствовал!
– все повторял Шустрый забегая то с одной, то с другой стороны.
– я Захожу, а там эти! Ну я кааак!

Он делал воображаемый замах, с удовольствием пересказывая все, чему мы только что были свидетелями. Видимо тренировался для будущих слушателей, я даже представил его на пару секунд убеленным сединами старцем, который рассказывает внучатам: "... и каак я его БАМ!".

На секунду стало смешно, но глянув на его одухотворенное лицо, я решил что долгая жизнь ему никак не грозит, впрочем, как и всем нам.

***

Оставшаяся дорога прошла без приключений, если не считать небольшого курьеза со священником, уже на подходе к складам мы заметили несколько ошъялков, причем из местных, которые пытались утащить что-то из небольшого храма. Священник, вцепившийся в небольшую позолоченную (судя по легкости с которой ту таскали) ванну упирался и пытался усовестить преступников.