— Не обманывай себя. Я знаю тебя из-за Скайбрайт.

Рука с мечом Кай Сена застыла, мышцы напряглись.

— Думаешь, из-за метки ты особенный? — улыбнулся Стоун. — Что боги на небесах или в загробном мире как-то тебя отметили? Но ты лишь один из смертных, что слепо копошатся на земле, как муравьи, — Стоун поднял руку, и Кай Сен сжался, но устоял на земле. Бессмертный сжал ладонь так, словно держал кисть для письма, и сабля Кай Сена упала, он обеими руками схватился за горло.

Скайбрайт дернулась вперед, низко шипя.

— Как ты можешь быть особенным? Ты лишь случайно отмечен. Ты хоть знаешь, как коротки человеческие жизни в глазах бессмертных? — Стоун пошевелил пальцами, и воздух похолодел, закружились снежинки. Они кружились, и их было так много, что Скайбрайт ослепляла их белизна. — Вот так, — Стоун сжал пальцы, и весь снег упал на землю и растаял. — Вот так, — повторил Стоун, воздух затрещал, и Скайбрайт задрожала. Молния ударила между ними, такая яркая, что Скайбрайт закрыла глаза.

Когда воздух очистился, она ничего не слышала. Она моргала, а перед глазами плавали круги, он увидела, что Чжэнь Ни всхлипывает, уткнувшись лицом в колени. Скайбрайт подползла к госпоже и обхватила ее рукой, пытаясь успокоить. В воздухе поплыл взгляд жженых волос.

— Так что мне не важно, кем жертвовать, — сказал Стоун. — Но ты поступишь хорошо.

Кай Сен уставился на бессмертного, его глаза расширились от шока. Когда Кай Сен убрал руки от шеи, она увидела, что метка исчезла, оставив бледную кожу, что выделялась среди его загорелого тела.

Скайбрайт поднялась на хвосте и зашипела, звук был таким громким, что ударил по ее чувствительным ушам.

— Хватит, — сказала она, слово перекатывалось, как камень. Она скрывала свое удивление, когда Стоун повернулся к ней. Сила бессмертного была такой мощной, что гудела на ее коже. Она не собиралась выказывать слабость.

— Она говорит, — сказал Стоун. — Наконец-то.

Она выскользнула из открытой клетки и остановилась между Стоуном и Кай Сеном, поднимаясь так, чтобы быть на одном уровне с бессмертным.

— Я займу место Чжэнь Ни, — сказала Скайбрайт. Ее голос был грубым, совсем не человеческим. Она скривилась внутри, слыша его.

— Ты? — Стоун изумленно рассмеялся. — Нам нужна человеческая жертва. Тот, у кого есть душа. А ты демон.

— Ошибаешься, — слова были хриплыми и лишенными интонации. — У меня есть душа, как и у всех смертных, — Скайбрайт вытянула руку. — Моя кровь красная, как у смертных. Я могу любить Стоун. В отличие от тебя.

Скулы Стоуна покраснели от гнева, но они быстро исчезли, Скайбрайт подумала, что ей это привиделось.

— Так и есть, — сказал он.

— Не делай этого, Скай, — прошептал за ее спиной Кай Сен. — Пожалуйста.

Земля задрожала, сильное землетрясение прямо под их ногами.

— Скай! Нет! — Чжэнь Ни прижалась к прутьям. — Почему ты не сказала мне? — госпожа качала головой, лицо ее скривилось от страха и печали. — Как ты могла прятать это от меня?

Последние слова Чжэнь Ни были пронизаны знакомым духом, а еще злостью и обвинением. Горло Скайбрайт сжалось, словно огромные руки душили ее. Кай Сен предал ее доверие, она сделала то же с Чжэнь Ни. Она стрельнула языком и отвернулась от них, не в силах думать, что потеряет через пару мгновений.

— Так было лучше, — прошипела она.

Пол содрогнулся, и все упали на землю, кроме Скайбрайт и Стоуна. Камни падали на них сверху, поднималась пыль. Она забыла о настоятеле, что уткнулся лбом в грязь, его губы двигались в непрерывной молитве. Другие монахи кричали у входа, и Скайбрайт чувствовала, что они наткнулись на невидимый барьер, вход был запечатан магией.

— Должен быть другой вариант, — сказал Стоун, перекрикивая грохот падающих камней.

Из трещины вырвался луч, наполняя воздух запахом серы.

— Я не хочу терять никого из них, Стоун, — сказала Скайбрайт.

Бессмертный поднял руку, поворачивая ладонью вверх, и земля успокоилась, чтобы он мог услышать ее.

— Идем со мной, Скайбрайт, и мы не станем жертвовать.

— Нет, — Кай Сен вскочил на ноги за ее спиной. Скайбрайт вскинула хвост, останавливая его, боясь, что он начнет рисковать собой.

— Я лучше умру, чем отдам свою душу тебе, Стоун, — сказала она. — Я, может, и юна или отчасти смертна, но не недооценивай мой ум.

Стоун рассмеялся, в этот раз искренне.

— Мне не нужна твоя душа. Ты куда интереснее с ней.

— А что потом? — спросила она.

— Ты пожертвуешь своей смертной жизнью и уйдешь со мной, — он улыбнулся, выглядя открытым, таким она его еще не видела.

Скайбрайт было плохо.

— Как долго?

— Сколько я пожелаю, — ответил Стоун.

— Нет, — снова сказал Кай Сен. — Ты не знаешь, чего он хочет, что все значит. Он может держать тебя при себе вечность.

— А ты умнее, чем выглядишь, — сказал Кай Сену Стоун. — Рисковать Скайбрайт. Но если ты согласишься, госпожу и фальшивого монаха больше не увидишь.