* * *

Скайбрайт проснулась от слабого утреннего света, во рту пересохло, казалось, что его набили грязью, слишком горьким был привкус. В пещере никого не было, факелы догорели. Она дрожащими руками приподняла себя. Ее тело болело, казалось, что кожу головы слишком сильно натянули, словно она была маской. Клетка была не такой и высокой, чтобы мог встать человек, но она смогла подняться на своем хвосте. Скайбрайт схватилась за деревянные планки онемевшими пальцами. Их не получилось бы сломать.

Но центральные планки лежали не так прочно, как остальные. Скайбрайт коснулась одной, и она отодвинулась, открывая небольшую квадратнцю дверцу.

Кай Сен.

Ее сердце бешено забилось, когда она выбралась из клетки. Люди были лишь вне пещеры, но они перемещались. Она подползла к входу, заметив высокого монаха, что говорил с настоятелем. Его спина была почти полностью повернута к ней, и она на огромной скорости устремилась к деревьям вдалеке.

Он заметил движение и закричал удивленно, устремляясь в погоню. Но он бежал медленнее, чем Кай Сен. Голова Скайбрайт гудела, щека болела, но она скользила так быстро, как никогда еще не скользила, белки и зайцы разбегались с ее пути. Она нагнулась к земле так, что весь ее хвост касался земли, собирая ее силу и на нечеловеческой скорости двигаясь к деревьям. Она прижала руки к бокам, опустила подбородок, чтобы быть более обтекаемой. Монах не смог бы ее догнать. Она не останавливалась, пока не заметила высокую стену монастыря, а там уже выпрямилась и направилась к дому. Ее вещи оставались там, где она оставила их, когда преследовала духа прошлой ночью, казалось, что это было в другой жизни. Она стала человеком и оделась, после чего побежала в особняк Юань.

* * *

Все было таким знакомым. Служанки суетились, начищая спальни, пока остальные чистили подносы, готовясь подавать обед. Скайбрайт опустила голову, поспешив в спальню на дрожащих ногах, никто ее и не заметил. Она проскочила в свою комнату и чуть не закричала, увидев, что на ее кровати статуей сидит Чжэнь Ни. Ее руки были скрещены на коленях, солнечный свет, льющийся из решетчатого окна, подчеркивал ее скулы и подбородок. Она похудела без Лэн.

— Госпожа, — сказала Скайбрайт, сжимая потными ладонями тунику.

— Я никому не сказала, — сообщила Чжэнь Ни. Она встала и приблизилась, а потом скривилась, увидев ее лицо. — Что случилось, Скайбрайт? Придется зашивать. Порез глубокий.

Порез.

Скайбрайт схватила зеркальце и посмотрела в него. Она едва узнала себя. Ее лицо было в грязи и крови, ее волосы были спутаны. Порез пересекал левую часть ее лица, начинаясь на скуле и заканчиваясь уголком рта. Рана была открытой, ярко-красной, из-за нее напрягалось лицо. Порез болел, и боль увеличивалась, пока она смотрела на рану.

— Куда ты ходила? — спросила госпожа.

Она дрожащей рукой вернула зеркальце на столик.

— Я ходила в лес. Меня ударила ветка.

Слезы замутняли зрение Скайбрайт, и она обхватила себя руками, пытаясь успокоиться.

— Ты изменилась. Я не увидела этого, пока Лэн была здесь. Но я следила за тобой всю прошлую неделю…

— Госпожа…

— Это из-за юноши?

Скайбрайт подавила дыхание и опустила голову.

— Из-за девушки?

Она подняла голову, госпожа вскинула брови.

— Вы правы. Из-за юноши, — все же прошептала Скайбрайт.

— Скай, как можно было скрыть это от меня! У тебя проблемы? Ты беременна? Он сделал это с тобой? — Чжэнь Ни указала на ее лицо, тревога сменилась яростью.

О, богиня.

— Нет! Нет, мы ничего… не делали. А это просто несчастный случай.

Чжэнь Ни легонько положила руку на ее плечо и рассматривала лицо Скайбрайт ближе. Запах ее жасминовых духов заполнил дыхание Скайбрайт.

— Я позову няню Бай.

— Не надо!

— Рану нужно зашить. Нам не нужна инфекция. Я все объсню. Не говори не слова, ладно?

Скайбрайт только успела кивнуть, и Чжэнь ни покинула ее спальню.

* * *

Чжэнь Ни вскоре вернулась с няней Бай. Старушка громко возмущалась, разглядывая лицо Скайбрайт.

— Останется шрам на всю жизнь, — она покачала головой и тяжко вздохнула. — Вот и потеряли мы красивое личико.

Скайбрайт фыркнула громко, она устала. Шрам казался ей меньшей из всех проблем.

Няня Бай заставила Скайбрайт выпить большую кружку крепкого алкогольного напитка, а потом прочистила ее рану. Она кричала, но Чжэнь Ни держала ее за руку, пытаясь выглядеть храброй. Когда няня Бай начала зашивать рану иголкой с ниткой, Скайбрайт думала, что умрет от боли. Старушка дала ей кусочек кожи, чтобы она сжала его зубами, потому вместо криков слышны были лишь сдавленные стоны.

Скайбрайт не знала, когда няня Бай закончила. Она помнила лишь, как Чжэнь Ни нежно положила ее голову на подушку и накрыла покрывалом, а потом Скайбрайт утонула в забвении.