Я изучала содержимое холодильника, пытаясь решить, что приготовить на обед, когда услышала, как Паркер чертыхнулся. Пока я ковыляла к его спальне, он уже несся мне на встречу, распихивая на ходу по карманам свой бумажник, телефон и ключи. Его глаза расширились от ужаса, и он выглядел испуганным, когда сказал:

— Мэйси, тебе придется остаться здесь с Девоном на какое-то время. Мне нужно уехать.

— Что случилось?

— Я должен встретиться с Алексом в больнице. В Мэйсона стреляли, и они не знают, если он… — он запнулся и потер лицо ладонью. – Черт. Кто-то должен остаться с его сыном, Коди. Отвезу его в Страйкин Бэк, мисс Дэн присмотрит за ним. – пробубнил он, думая вслух.

Когда я обняла его, то почувствовала, что он старается держаться.

— Позволь мне. Оставь Коди со мной. Я хочу помочь.

Отступив назад, он с минуту внимательно изучал меня.

— Ты уверена?

— Конечно.

Должно быть он обдумал еще сто других вариантов, прежде чем согласился.

— Я могу отвезти тебя к Мэйсону домой. Девон и Дженсен поедут с тобой. Дом Мэйсона такой же безопасный, как и мой.

— Дай мне пару минут, чтобы захватить мои вещи.

Пять минут спустя мы мчались по федеральной автостраде в сопровождении полицейской машины с сиреной и мигалками. Должно быть здорово иметь влиятельные связи. Паркер покачал головой, когда мой вопрос нарушил тишину:

— С ним все будет хорошо, что говорят?

— Все, что мне сказали, что он в операционной. Он поправится. – его голос перешел в бормотание. – Он должен.

— Он сильный. Уверена, он выкарабкается. – мы оба знали, что это чушь. Никто из нас не знал, что произойдет, но это просто одна из тех вещей, которые вы говорите. Попытка поддержать, когда не найти утешения.

— Я позвоню тебе, как только смогу.

— Не переживай обо мне и Коди. С нами все буде хорошо. – я не так часто проводила время с детьми, но уверена, справлюсь с пятилетним малышом один вечер.

* * * *

Коди милый малыш, и мы провели день, рисуя и играя в Лего.

— Когда папа вернется домой? – спросил он, когда я сказала ему, что пора купаться. Паркер сказал ему, что Мэйсон задержится на работе допоздна, поэтому я придерживалась этой истории.

— Не знаю. Возможно ты уже будешь спать, дорогой.

— Но он всегда читает мне сказку. – его маленькое личико исказилось от беспокойства.

— Я почитаю тебе сказку на ночь. У тебя есть любимая?

Кивнув, он залез в ванну и высыпал контейнер с пластиковыми солдатиками в воду.

— Лоракс.

— Я обожаю эту сказку.

— Правда? – он зажмурился, когда я вытерла мочалкой его лицо.

— Я Лорекс, заступник деревьев, — продекламировала я низким голосом, и его лицо осветилось.

— Я говорю от имени деревьев, потому что у деревьев нет языков, — добавил он, смеясь.

В кармане у меня зазвонил телефон.

— Я буду сразу за дверью, ладно?

— Паркер? – выдохнула я, отвечая на звонок.

— Да, все хорошо?

— У нас все нормально. – облокотившись на стену, я села на пол в коридоре, так, чтобы наблюдать, как играет Коди. – Как он?

— Он перенес операцию, но врачи еще не могут сказать в какую сторону все повернется. – у меня на глазах выступили слезы от боли и страха в его голосе.

— Мне так жаль. Я бы хотела чем-то помочь.

— Завтра будет известно больше. У вас с Коди все будет в порядке сегодня вечером?

— Конечно, не торопись, делай все, что нужно.

— Спасибо. Я…должен идти. – голос у него дрожал, и он отключился прежде, чем я успела ответить. Я осталась сидеть в коридоре, наблюдая, как Коди играет, и стараясь взять себя в руки.

— Ты в порядке? – пророкотал Девон, опуская свое внушительное тело на пол рядом со мной.

— Они до сих пор не знают, выкарабкается ли Мэйсон.

— Я слышал.

— Паркер беспокоится, а Коди постоянно спрашивает, где его папа и Эви.

— Мы будем знать больше завтра, и может быть тогда, ему стоит узнать, что его отец в больнице. Он смышленый малыш. Он поймет, что что-то не так.

Мы сидели в тишине, наблюдая за Коди, играющим со своими солдатиками.

— В Мэйсона стреляли из-за моего бывшего? Это имеет к нему какое-то отношение? – у меня защемило в груди, пока я ждала ответ. Паркер никогда не простит меня, если мое прошлое станет причиной смерти его брата. Я сама никогда не прощу себя.