Она застонала, когда я сел на кровать рядом с ней.

— Я не следил за тобой. Я подумал, что у тебя был приступ паники или ночной кошмар, и пришел проверить тебя.

— Я знаю. Пожалуйста, уходи.

— Тут действительно темно. Я ничего не мог видеть.

— Лжец, — пробубнила она, ее голос заглушала подушка. – Попытаешься сказать мне, что также ничего не слышал?

— Ничего. – кроме моего имени, которое она простонала, и от этого мой член затвердел.

— Паркер, я не злюсь, просто, пожалуйста, иди спать.

— Я знаю, ты не рассержена, ты смущена, и мы должны пройти это прямо сейчас, или ты будешь долго избегать меня.

— Похоже на план.

— Не-а. – я придвинулся ближе и положил руку ей на бедро.

— Не дождешься. Итак, что мне сделать, чтобы убедить тебя, что в этом нет ничего страшного? Знаю, мы можем сравнять счет. Ты можешь посмотреть, как я ласкаю свой жезл.

— О, Боже. Перестань. – я услышал веселье в ее голосе, хотя ее лицо все еще спрятано в подушку.

— А что? Я просто говорю, если ты увидишь, как я дрочу рукой своего господина, возможно тебе станет легче.

— Ты должен заткнуться, — сказала она, хихикая. – Боже, кто имеет столько имен для него?

— Куколка, заставлять лысого парня плакать было моим любимейшим занятием с одиннадцати лет. У меня есть бесконечный список имен для него. – она позволила мне повернуть ее голову от подушки, и мои пальцы ощутили мягкость ее волос. Ее мелодичный смех наполнил комнату. – Так-то лучше. И нет причин смущаться от того, что ты теребила свою фасолинку. – мне нужно было подразнить ее чуть-чуть.

Смеясь, она пыталась столкнуть меня с кровати.

— Эй, это нормально любить свою конфетку, это все, что я хотел сказать.

— Тебе действительно нужно повзрослеть, — ответила она сквозь смех.

— Хорошо, будем пользоваться научными терминами. Ты участвовала в цифровой клиторальной осцилляции.

— Если ты заткнешься прямо сейчас и обо всем забудешь, я тебя прощу.

— Договорились. – она, не стесняясь, прижалась ко мне, когда я обнял ее рукой. Я чувствовал тепло ее маленького тела сквозь одеяло, плотно обернутое вокруг нее. – Я никогда это не забуду, ты ведь знаешь, правда?

— Просто ложись спать. Можешь прочистить свой шноркель утром…без зрителей.

— С тобой не весело.

Я проснулся один в кровати Мэйси и некоторое время упивался ее запахом. После того, что я видел прошлой ночью, я возможно больше никогда не буду стирать эти простыни. Она позволила мне обнимать ее всю ночь, поэтому, надеюсь, это знак, что она не будет шарахаться от меня сегодня. Я потрясен, как хорошо мне спалось в обнимку с ней. Мне всегда было неудобно и жарко, но с Мэйси это было идеально.

Пройдясь по дому в поисках ее, я нашел ее на заднем дворе, потягивающей апельсиновый сок и болтающей с Девоном.

— Доброе утро, — весело сказал я, подмигнув Мэйси. Люблю заставлять ее краснеть.

— Доброе, — пробубнила она, стараясь посмотреть на меня с осуждением, но у нее ничего не получилось.

— Ладно, я возвращаюсь на свой пост. Было приятно поболтать с тобой, Мэйси. – сказал Девон, оставив нас одних.

— Итак, какие планы на сегодня? – спросил я Мэйси.

— Подумывала принести сюда свой ноутбук и поработать. Так хорошо на солнышке, и у меня есть рукопись, которую надо закончить.

— Кое-, -либо, -то, -нибудь…черточку не позабудь – поддразнил я.

— Или, …а частицы бы, ли, же разделяй давай уже, — добавила она, заставив меня рассмеяться. “

— Никогда не слышал этой части. Я оставлю тебя в покое, чтобы ты поработала, но после обеда, я хочу матч-реванш.

— Когда-нибудь тебе придется смириться, что Эрудит не твоя игра.

— Но не сегодня, куколка.

Глава пятая

Мэйси

Я старалась вести себя, как будто ничего не случилось, словно меня постоянно ловили, когда я мастурбировала перед парнем, о котором фантазировала. Верный своему слову, Паркер не упомянул об этом, но в его взгляде был веселый огонек, и его губы растянулись в дразнящей улыбке, прежде чем он обуздал ее. Мы не преступили ту дружескую черту, но химия между нами все только усложняла.