– О чем ты думаешь, мой славный король? О том, как уничтожить тех, кто раньше мешал мне и расстраивал мои планы? О том, как замучить тех, кто лишил тебя твоего королевства в том, другом месте?

– Не совсем так, – признался он. В зеркале он и впрямь выглядел как настоящий король. Это одновременно успокаивало и сердило его. В конце концов, естественно иметь круглые уши.

– Я думал о мести.

– О Круглоухом из Пророчества? О Келвине, отродье Джона Найта?

– Что-то вроде этого. Эта женщина во дворце – его жена. Она носит в себе плод нашего злейшего врага.

– Да, да. – Зоанна казалась восхищенной их диалогом.

– Я планирую помучить ее у него на глазах.

– Да, да, да. – Ее глаза ярко загорелись, губы приоткрылись и увлажнились. Королевское одеяние спадало с нее, открывая интригующую фигуру. Глядя на ее формы, с трудом можно было догадаться о том, сколько ей на самом деле лет. Магия была замечательной штукой!

– И, может быть, потом немного магии. Сделай им обоим заостренные уши.

– Это потребует времени. Это не то, что следует сделать, чтобы вытянуть признание. Твой случай был особенным. У них нет подходящих двойников, чтобы у тех можно было занять их уши.

– Ты могла бы начать прямо сейчас. Пусть Стерк смазывает ее уши мазью. Может быть, дашь ей что-нибудь, что могло бы повлиять на этого ее щенка. Если бы она родила какого-нибудь урода или что-либо отталкивающее до того, как им разрешат умереть…

– О, да, да, да! Прекрасно! Ты самый лучший, самый великолепный, царственный супруг! – Зоанна положила руки ему на голову с неистовой яростной страстью, которая его почти испугала. Занаан никогда не была такой! Она целовала его губы, крепко прижимая их к своим. Ее чувства возбуждались теми словами, которые он случайно произносил. Но сейчас казалось, что их обоих возбуждали одни и те же мысли и чувства. Он заключил Зоанну в объятия и отнес на кровать. Она выглядела совершенно также, как его супруга в другом измерении, но так разительно отличалась от нее! Ее злоба и необузданность придавали ей феноменальную чувственность, в то время как отвратительная доброта Занаан делала ее привлекательной только тогда, когда она кричала от боли и унижения.

– Еще так рано! – воскликнула Зоанна. В ее зеленых глазах горели золотистые огоньки. У Занаан они тоже были, но никогда не зажигались ради него.

Все утро он наслаждался королевскими привилегиями в той манере, в которой раньше он делал редко. Хвала богу, он чувствовал себя уверенно благодаря какому-то магическому веществу, добавленному в вино, придававшему ему мощь и потенцию и не позволявшему уставать. Конечно, все это сделала королева, но он совсем ничего не имел против. Что за гибкое, живое, радостное и порочное создание представляла она собой! Ее восторг был почти восторгом боли, которая на самом деле и его могла бы завести.

Во время этих забав и после них он не очень думал о Зоанне или даже о Занаан. О чем он действительно думал большую часть времени, так это о восхитительных новых средствах истязания беспомощных людей, особенно привлекательных женщин. Как сильно все сексуальные реакции и движения напоминали реакции на боль и мучения. Как только он по-настоящему сможет заняться этим…

Глава 7. Квадратноухие

Это случилось так неожиданно, что у Келвина не было времени задуматься. Одно мгновение он безуспешно пытался заснуть на соломенной подстилке, в камере у химеры, а в следующий миг был уже яркий день, и он смотрел вверх на оранжевое небо с быстро несущимися по нему желтыми облаками.

Он чувствовал себя так, словно у него в спине торчала палка. Келвин ощупал землю вокруг себя руками и узнал колючее прикосновение травы. Он был снаружи, на земле. Но каким же образом?

– Приветствуем вас, гости.

Келвин сел. Тот, кто произнес эти слова, стоял рядом с ним: он был коренастый, угловатый, с соломенными волосами, из-под которых виднелись квадратные уши. За ним стояло еще несколько подобных существ.

Кайан и Джон сидели рядом с ним. Стапьюлара нигде не было видно.

– Вы… вы… кто вы? – вежливо поинтересовался Келвин. Он еще не был полностью уверен, что все это происходит наяву, и то, что он сейчас видит, не логово химеры.

– Квадратноухие, – подсказал ему его отец. – Помнишь, о них нам рассказывал Стапьюлар?

Кайан смотрел вдаль мимо них.

– Мы снова в пещере!

– Совершенно верно, – сказал ему квадратноухий. Он держал огромную медную иглу, которая казалась дубликатом жала химеры. – Сейчас вы свободны и можете продолжать ваше путешествие.

– Но… – замялся Келвин. Могло ли все это быть сном? Его сны никогда не были такими ясными. Кроме того, он все еще помнил вкус пюре, которое он ел из кормушки химеры.

– Мое имя Блоорг, – сказал их очевидный спаситель. – Я официальный Встречающий и Провожающий, Хранитель Последней Известной Существующей Химеры. Мне очень жаль, что мы вовремя не узнали, кто вы такие. Мы были заняты другими, более настойчивыми гостями.

– Народ Стапьюлара? – спросил Келвин.

– Да.

– Он все еще там? В камере химеры?