Скворцовские фантазии прервала остановка автомобиля. Аркадий Львович первым выбрался из машины. Алексей вылез за ним. "Вольво" сразу же отъехала. Скворцов огляделся и обомлел. Они стояли перед дорогим рестораном, пос е щать кото­рый было по карману только завмагам и кавказцам с рынка. Он предпол а гал, что его отвезут в какой-нибудь офис, проводят в кабинет, с двумя длинноног и ми секретуточками в предбаннике, под ясные очи толстого дядьки с манерами бывш е го комсомольского работника. А тут шикарный ресто­ран. Была бы баня (у нас все вопросы в них решаются) и то понятно. А ресторан? Подкормить перед ве р бовкой? Да и кому нужен обычный старший научный сотрудник от медицины, к о торый и лечить-то толком не ум е ет?

Швейцар почтительно отошел в сторону, про­пуская их. После уличного зноя, ресторан встретил приятной прохладой. Вечером здесь не протолкнешься. Сейчас, средь бела дня зал пустовал. Аркадий Львович подвел Скворцова к отдельной к а бинке, за столиком которой сидели мужчина и молодая эффектная женщина. Не доходя пару шагов, Алексей остановился. После необычного визита к шефу, без расправы со стороны "Большого Хохла", напряжение у него спало. Он без стесн е ния, в упор, разглядывал предполагаемого на­чальника Аркадия Львовича. На вид тому было около ше с тидесяти, крупный, чуть грузноватый, с сильными руками. Когда-то темные вол о сы вылиняли, но остатки не портили облика. Широкое лицо было по-своему крас и во. Его ничуть не уродовал выпуклый шрам от угла губ, до подбородка. Не надо было быть прорицателем, чтобы догадаться о беспокойной юности мужчины. Сейчас же он походил на породистого рысака, недавно остави в ше­го карьеру, шум трибун и пожинающего плоды былой славы. Властные, мутноватые глаза начальника в свою оч е редь разглядывали Скворцова .

– Вениамин Алексеевич, - представился он, жестом приг­ласив гостей присаж и ваться.
– Мы с Вами почти что тезки. Моего отца тоже звали Алексей.

Алексей и Аркадий Львович сели за столик. Призраком возник официант, п о ставил перед Алексеем прибор и тарелку супа. Делал он это професси­онально, дв и гаясь бесшумно, с легким изяществом. Алексей с плебейской радостью упивался таким обслуживан и ем, чувствуя себя иностранным туристом, снимающим сливки с оте­чественного серв и са.

– Кушайте, не стесняйтесь, - Предложил Вениамин Алексе­евич, - Вы, наверное, собирались обедать, а мой Аркаша украл Вас у институтского общепита.

– Не велика беда, - усмехнулся Алексей, отметив выра­жение "мой" в отношении начальника к подчиненному.
– Наш об­щепит переживет такую потерю. К тому же стол здесь побогаче. Но мне как-то не ловко одному.

– Ешьте. Вы мой гость. Я перекусил. Аркаша на диете.

Вениамин Алексеевич чуть приподнял руку. Тотчас у сто­лика появился офиц и ант и разлил коньяк по рюмкам.

– Ваше здоровье, Алексей Семенович, - произнес тост Вениамин Алексеевич.

– А, я бы пожелал здоровья человеку, который может сказку сделать былью, - и Алексей указал на богатый стол.

Он не без удивления отметил, что Вениамин Алексе­евич безразлично принял лестную подачу. "Умен!" Все скворцовские начальники легко покупались и на б о лее грубую лесть.

Коньяк был неплох. Алексей взялся за ложку. Суп был явно лучше, чем в и н ститутской столовой. Хозяин столика внимательно наб­людал за молодым челов е ком.

– Вы тут упомянули сказку, а как Вы относитесь к ним?
– неожиданно спросил он.

– К чему?
– Не понял Алексей.

– К сказкам. Вы любите сказки?

Алексей удивленно поднял глаза на Вениамина Алексеевича. На лице того н а смешки не читалось.

– Люблю. Особенно про Курочку Рябу, где голодные дед и баба от души кол о тят по золотому яйцу, а, разбив, горько плачут.

Вениамин Алексеевич заулыбался шутке.

– Я имею в виду всякие там чудеса: - сказал он, - ковры-самолеты, шап­ки-невидимки, цв е тущий папоротник, приворотное зелье. На мой взгляд - в этом что-то есть.

– Сказки - мудрость народная, - не зная как реагировать на необычную тему ра з говора, изрек Алексей, - Все, что Вы перечислили - это вековая мечта человечества, которая им е ет реальность только, в эпоху научно-технического прог­ресса.

– Ну, прямо цитата с партсъезда, - ухмыльнулся Вениамин Алексеевич, - Но, в целом, похоже. Ковер-самолет - обычный аэробус. Сапоги-скорохо­ды - автомобиль. Меч-кладенец - скорее всего пулемет или ус­тановка "град", - согласился он, - А как быть с цветущим папоротником и приворотным зельем?

– Насчет папоротника не знаю, не ботаник. Хотя, после Чернобыля не удивлюсь ничему. Каких только мутантов не поя­вится.

– А приворотное зелье?