пока ваша жестянка не затонет. Да и поплыву себе дальше!

– За… зачем тогда эти разговоры, - Артур понял, это конец, - потопил бы нас сразу и

все.

– Так, по временным меркам людей, это сразу и произойдет, умник. Мне ведь надо

поковыряться в ваших черепушках, добыть информацию, отсортировать ее и отправить

начальству. Им же нужно знать, что вы там замышляете мелкие, мерзкие, вонючие людишки!

– голос стал грозен, но тут же смягчился. – Но, как я понял ничего интересного: «пойди туда,

не зная куда». Эх, вы!

Артур, обреченно вздохнул и решил, раз уж придется погибать, может быть перед

смертью узнать о судьбе человечества. Что ожидает его, в конце концов…

– Не могу знать. Это вне моей компетенции, - Страж опередил его вопросы. Его голос

стал неуверенным. – Мое дело маленькое. Ну, ладно, капитан, бывай. Извини, если, что не так,

– скороговоркой проговорил он.

И в тот же момент в мир вернулись краски и звуки.

Сергей поднял голову:

– До цели двадцать кабельтов. Он не маневрирует. Странно, да товарищ командир? –

в его взгляде появилась надежда. Артур рассеяно посмотрел на старшего помощника:

– Да-да, конечно… - и тут же перевел взгляд на монитор. Он думал, не о том, что

вскоре их ожидает скорая смерть. Ему отчего-то было интересно, как это Страж проделал

такие штуки с его сознанием и затормозил время. И почему он говорил как человек? Все эти

его словечки, интонации, шутки, смех. Бред! Может ему все это привиделось? Ладно, все

потом! Он крикнул:

– Малый ход!!!

– Есть, малый ход!

– Капитан, он все-таки сманеврировал! Разворачивается на девяносто градусов!

Уходит из-под траектории! Первая мимо… вторая - детонация! Противник, отстреливает

«ловушки»! Третья – детонация… по болванке!

«Какие интересно у него могут быть болванки, отрыгивает морскую капусту?» с

тоской подумал Артур. Страж тем временем, снова развернулся и пошел на «Уфу».

– Внимание, двадцатый! При пяти кабельтов до объекта приказываю произвести

запуск двух торпед поочередно, – уже спокойно произнес Артур. Это была последняя

призрачная попытка уничтожить противника и спасти миссию. На экране телевизионной

системы появилось размытое пятно, которое быстро приближалось.

Когда Страж был на расстоянии меньше мили, все кто находился на борту «Уфы»

неожиданно упали без чувств. У каждого в голове словно взорвалось по маленькой бомбочке.

***

Неясные картины из прошлого всплывали в памяти. Вот он бежит по снегу в

промокших валенках вдоль весело журчащего ручья. Пытается догнать щепку с воткнутым в

87

нее отрезком проволоки. Но бежать по влажному, рыхлому насту тяжело.

Импровизированный кораблик скрывается за поворотом. Картинка меняется: он сидит на

коленях высокого седовласого человека в парадном мундире морского офицера. Тот ласково

смотрит на него, хлопает по плечу и спрашивает на башкирском языке:

– Ну, что сынок, кем хочешь стать?

И он не задумываясь, тут же горланит:

– Моряком-подводником!

Губы отца трогает улыбка, но глаза его серьезны, даже немного печальны:

– Что же я рад. Пусть тогда у тебя будет такая жена как наша мама.

– Мне не нужна жена, я буду жить с тобой и с мамой и с Гузелькой! Всю жизнь!

Тут отец весело смеется и подбрасывает сына вверх. А в ушах у него эхом звенят его

же слова «всю жизнь… всю жизнь…»

Нет, это кто-то рядом спрашивает беспрестанно:

– Он жив? Он жив? Скажите мне!

Артур разлепляет глаза. Веки тяжелы, почти неподъемны. Он различает склонившееся

над ним лицо. Через мгновение взгляд проясняется, и он узнает человека. Это Виктор

Мясницкий - начальник медслужбы.

– Как вы, товарищ командир?

– В порядке… - он приподнимается, оглядывается. Это его каюта. Рядом с койкой

стоят несколько человек из его команды и пассажиры судна: Зарубин, Селезнев, профессор

и… Линда. Все облегченно выдыхают. Тревога на лицах сменяется улыбками.

– Что произошло, - обратился он к первому помощнику, - почему мы живы, Сергей?