— К сожалению, удрал.

В глазах у нее появился недобрый, мстительный огонек.

— Удрал? От меня он не убежит.

Ее взгляд упал на Фелицию, и она злобно усмехнулась.

— А вас, мадам, я поздравляю. Вы теперь хозяйка здесь. Но я вас предупреждаю, что над этим местом висит проклятие — проклятие моего покойного отца. Оно падет на вас так же, как пало и на нас. Помните мои слова; пока вы будете здесь, вам не будет покоя — будут только ссоры, несчастье и смерть.

Она остановилась на пороге и, еще раз злобно взглянув на Фелицию, вышла.

— Довольно эффектный жест, — сказал Аубрей.

— Напрасно она думает, что запугала меня, — возмущенно произнесла Фелиция. — Но теперь уже утро и пора завтракать. Я не должна забывать, что вы у меня в гостях. А вот и Мауера.

И действительно, Мауера с улыбающимся лицом стояла на пороге.

Фелиция обрадовалась.

— Иди сюда, Мауера. Ты как раз пришла вовремя, чтобы помочь мне. Где ты была?

— Я всю ночь провела у отца. Когда я узнала, что мадам вернулась, то сразу же побежала сюда.

— Ты узнала? Каким образом?

— От Фанга. Он удрал в Папити.

— Теперь я здесь хозяйка и ты должна помогать мне.

— Я очень рада, — сказала туземка.

Кладовая Фанга была полна припасов, и им нетрудно было приготовить пищу. К столу были поданы разные фрукты, ветчина, яйца и кофе. Мужчины ели с удовольствием и хвалили кулинарное искусство хозяйки. Она снова почувствовала себя счастливой. Она находилась в собственном доме — свободная и независимая. В конце концов место ей очень нравилось. С тенистой веранды она глядела на дивную лагуну и почти не расслышала, как Хилькрест подошел к ней.

— Нужно отправляться назад. Я полагаю, что вы поедете с нами.

— Я вам очень благодарна, но… нет.

— Вы хотите остаться здесь?

— А почему нет? Эго моя усадьба. У меня тысячи планов, и я могу сейчас же заняться хозяйством. Кроме того, мой шурин скоро приедет за мной, и у меня будет мало времени. Да, я останусь здесь до его приезда.

— Но… опасность!

— О, со мной ведь мистер Мун. Я уверена, что он хорошо защитит меня.

— Да, Мун хороший, честный человек и предан вам. Но если вы раздумаете, дайте мне знать, и я приеду за вами. Во всяком случае я наведаюсь к вам через неделю — другую.

— Я всегда буду рада вашему посещению, майор.

Хилькрест подошел к Муну, который набивал табаком трубку.

— Я старался уговорить ее вернуться со мной.

— Было бы лучше, если бы она вернулась, — угрюмо сказал Мун.

— Она не согласна, а потому и незачем говорить об этом. Итак, мы оставляем ее на ваше попечение. Я надеюсь, вы защитите ее.

Мун нахмурился.

— Конечно.

— Может появиться опасность.

— Я защищу ее — своей собственной жизнью.

— Отлично, приятель. Я уеду со спокойной душой.

Они пожали друг другу руки. Муну показалось, что

Хилькрест по какому-то инстинктивному праву поручал Фелицию его попечению.

Трое мужчин собирались уже уходить, как вдруг на пороге появилась фигура. Это был Айрон Джонс, Айрон Джонс низко поклонился Фелиции и несколько смущенно мял к руках шляпу.

— В чем дело?

— Простите меня, мадам. Старые хозяева удрали, и я думал, что вы меня выгоните.

— Да, я хотела так поступить.

— Я прошу вас, мадам, оставить меня здесь на службе. Никто не знает об имении столько, сколько я. Я могу быть вам полезен, в особенности вначале.

— Но… вы ведь заодно с ними.

— Нет, мадам. Я не с ними. Гридлей нанял меня заведовать китайцами. Я не имел от него никакой выгоды. Он почти все время был пьян. Он ужасный мошенник. Меня считают жестоким, но я честен. Я всегда предан тому, кто мне платит. Я бы не просил вас, мадам, так горячо, если бы не было особой причины.

— Какой?

— Мауера. Мы собираемся венчаться.

— Понимаю. Вы хотите лишить меня горничной.

— Не так скоро, мадам. Но я был бы подлецом, если бы отрицал это.

Фелиция обратилась к Муну.

— Что вы думаете о нем?

— Не возражаю против того, чтобы он остался.

— Вы будете находиться в распоряжении мистера Муна.

Глаза Айрона засияли.

— Я буду рад подчиняться человеку, который наградил меня таким замечательным ударом. Я надеюсь, что он еще покажет мне, как он сделал это. Это был чертовский удар, приятель, но я не сержусь. Давай же руку.

Мун и Айрон пожали руки друг другу.

— Вопрос решен. Можете остаться.