Несмотря на это Флетчеру стало гораздо лучше. С Малахи все будет в порядке, вот что имело значение. А Рори со временем его простит.

Только тогда он увидел Малика с саблей в руке, и резко вернулся в реальность.

— Мне нужны добровольцы, чтобы обеспечить щит кадету Вулфу, — объявил Сципион толпе.

— С удовольствием, — крикнул Захария Форсайт. — И я уверен, что Фавершемам тоже не терпится помочь. Инквизитор Рук, вы к нам присоединитесь?

Флетчер побледнел, когда Фавершемы и Захария спустились к арене. Парочка даже не пыталась скрыть ненависть в глазах. Неужели Сципион и правда позволит им отвечать за жизнь Флетчера?

Сципион прокашлялся и подозрительно на них посмотрел.

— Хоть я и уважаю ваше желание забыть о... разногласиях, которые есть между вами и Флетчером, лорд и леди Фавершем, я настаиваю, чтобы Рук продолжал следить за турниром. Нет, я сам возьмусь за это.

— Но, милорд, — заикнулся Захария. — Вы же… на пенсии, разве нет?

— Король оказал мне милость и прислал прошлой ночью свиток призывания. — Сципион вызвал вирдлайт, затем потушил его в кулаке. — Он считает, что скоро я понадоблюсь на орочьем фронте и что уже слишком долго предаюсь горю. И я склонен с ним согласиться. Я должен оставить смерть моего первого демона, которая произошла так давно, позади и двигаться дальше. Мой новый детеныш Кошки все еще растет, но я уверен, что с такими могущественными призывателями, как вы, у меня все получится. А теперь, не обращай на нас внимания, Флетчер. Ты почувствуешь легкое покалывание на коже, но это все. Обо всем остальном мы позаботимся.

Четыре боевых мага взялись за руки, и Сципион начал чертить в воздухе комбинацию символов.

— Вперед, Флетчер, — сказал Сципион. — Малик ждет.

Хопеш скользил в руке Флетчера. Он пытался не думать о том, что будет, если Захария или Фавершемы решат отрезать поток маны в неподходящий момент. Несчастный случай — вот как они это назовут.

— Давай, Флетчер, ты что, хочешь тут весь день провести? — подколол Рук, проходя к центру арены. — В этом раунде должно пройти еще три боя.

Флетчер ничего не ответил и велел Игнатусу сесть на трибунах, подальше от поля боя. Если демоненок вмешается, их удалят с арены.

— Начали! — произнес Рук, театрально поклонившись соперникам.

Флетчер сделал несколько шагов вперед, пытаясь привыкнуть к новому ландшафту. Тогда как раньше они тренировались на ровном песке, сейчас поверхность была завалена острыми скалами и обломками, оставшимися с первого раунда.

Пока Флетчер кружил, Малик стоял как истукан, наблюдая за ним. Молодой аристократ хорошо выбрал место — область, окруженную рыхлыми скалами, на которых нападающий может оступиться. Флетчер решил, что не позволит ему выбирать место боя.

Вместо этого он посмотрел на башню со спиральной дорожкой к вершине. Он вспомнил, что говорил Отелло о том, что гномы строили лестницы в виде спирали, закручивающейся против часовой стрелки, чтобы активная рука атакующего была стеснена колонной, когда он направлялся вниз. По той же логике при подъеме нападающему будет так же неудобно из-за того, что лестница шла против часовой стрелки!

Флетчер кинулся к колонне и забрался на мостки. Следя за Маликом, он поднимался все выше, пока не оказался прямо под выступом, который сам же снес несколькими минутами ранее.

— Ну давай, подойди, если осмелишься! — крикнул Флетчер на потеху публике.

— Я не буду сражаться на колонне, Флетчер. — Голос Малика был спокоен и уравновешен. — Почему бы тебе не спуститься и не встретиться со мной в центре, на нейтральной земле?

Если нетерпеливость должна была стать слабостью Флетчера, то он будет брать Малика измором. Ему плевать, что о нем подумают генералы и аристократы. Но Малику было не все равно. Если они слишком долго простоят в этот тупиковом положении, в глазах зрителей это погубит репутацию их обоих. И если Малик беспокоится о своей репутации, Флетчер использует это преимущество.

— Так сын великого Бейбарса отказывается от сражения! Похоже, в семье Саладинов яблоко упало далеко от яблони.

При словах Флетчера Малик ощетинился и, разозленный, сделал шаг вперед.

— Саладины сражаются везде и всегда. Мы сражались и в пустыне, и в горах, и даже глубоко в джунглях, в самой обители орков. Сомневаюсь, что ты можешь сказать то же о своей семье.

— Так докажи! Подойди и покажи мне, на что способен Саладин, — уверенно подстрекал Флетчер, с издевкой размахивая хопешем.

Больше провоцировать Малика было уже не нужно. Он высоко поднял изогнутую саблю и взобрался на мостки, делая широкие шаги. Даже в ярости парень был прирожденный мечником. Флетчер надеялся, что колонна даст ему достаточное преимущество.

Первый удар просвистел из-за угла, метя ему в ноги. Флетчер отвел его изгибом хопеша, прежде чем нанести удар Малику в голову. Аристократ нырнул, позволив лезвию попасть по колонне.

Малик сделал шаг вперед и двинулся на него в лоб, сделав ложный выпад вокруг колонны в голову Флетчера, затем снова замахнувшись на ноги. Флетчер прыгнул, пропустив ятаган под собой. Приземлившись на корточки, он сделал выпад и задел Малика по щеке, от чего аристократ отшатнулся на пару шагов.