Нах. Похер на это.

Большинство народа из теннисной тусовки посещают одни и те же заведения во время турнира, и самые эксклюзивные клубы используют всё, чтобы заполучить известных игроков в свои стены. Я имею в виду V.I.P. комнаты, интернет, бесплатные напитки, а в некоторых случаях и «особое внимание» от женщин, специально нанятых для нашего удовлетворения. Конечно, немногие игроки любят веселиться так же, как я, особенно в период турнира. Многие из них уважительно относятся к спорту, которому они посвятили свою жизнь.

Но это не значит, что я не уважаю теннис. Просто в этом я вижу большее, чем просто отбивать мяч. Для меня теннис – это карьера. Но это не значит, что я хочу жить и дышать этим всю жизнь.

Я уверенно иду через фойе отеля, не обращая внимания на взгляды противоположного пола. Независимо от того, узнали они меня или нет, я всегда привлекаю их внимание. Я притягиваю их. Теннис держит мое тело в тонусе, и моя мальчишеская внешность делает меня лакомым кусочком. Я улыбаюсь симпатичной блондинке возле двери в чёрном костюме и на каблуках. Она краснеет и улыбается в ответ трахни-меня улыбкой. Возможно, она будет здесь завтра вечером.

Снаружи я ловлю такси.

– «Революция» на Монтегю, пожалуйста, – я надеялся, что он говорит по-английски. Он кивает, и я расслабляюсь. За что я люблю французов – это за их явное пренебрежение английским языком. Я потерял счет, сколько раз мне говорили: «Ты во Франции. Говори по-французски!»

Я вытаскиваю телефон и обнаруживаю пропущенные звонки от Мэтта. Всплывает сообщение от Джоша, он интересуется, куда я направляю свою задницу. Я смеюсь и набираю ответ: «Революция, я займу тебе место». Засовываю телефон обратно в карман и откидываюсь на сидении, чтобы насладиться поездкой через один из лучших городов мира. Париж. Город романитики, но нельзя отрицать и то, насколько сексуален этот город. И это касается не только женщин. Есть нечто особенное в том, как они произносят моё имя на своем языке во время многочисленных оргазмов… Ах, это невозможно объяснить, и не уговаривайте.

Водитель останавливается у входа в шикарный клуб. Я протягиваю ему 50 евро, показывая, что сдачи не нужно. Он улыбается и кивает, говоря мне спасибо по-французски.

Я иду прямо в клуб, игнорируя очередь из желающих попасть туда. Киваю парню, который стоит в дверях, помня его с прошлого вечера.

– Ты вернулся, – говорит он с плохим акцентом. – Разве ты не должен быть в постели, чтобы быть в форме? У тебя важный матч завтра.

– Я и так в форме, Пьер,– говорю я и хлопаю его по спине. Он смеётся и подзывает двух девочек, которые находятся неподалёку, подмигивая мне.

– Привет, – я улыбаюсь той, что слева от меня. Она хихикает, а затем убегает со своей подругой, оставив меня стоять в одиночестве. Не то что бы меня это задело. Здесь много женщин, которые будут не против стать моим развлечением на ночь.

Я проталкиваюсь в бар и заказываю себе ром с колой. Кивая бармену, беру свой бокал и подхожу к пустому столику в дальней части зала. Здесь я могу расслабиться и понаблюдать за происходящим.

Я улыбаюсь группе девушек, которые беззастенчиво уставились на меня. Они краснеют и хихикают, и я знаю, что одна из них пойдёт со мной домой. А может и все они.

– Необычно видеть тебя сидящим в одиночестве! – Я смотрю, как Джош садится в кресло рядом со мной. Киваю в сторону моего маленького фан-клуба и издаю смешок.

– Я не планирую оставаться в одиночестве надолго, – говорю я. Он закатывает глаза и смеется.

Джош – мой лучший друг. Он, как и все американцы, всегда заставляет меня смеяться. Я с нетерпением жду начала каждого сезона, чтобы провести время с ним. Вне тура это слишком сложно. Он тренируется во Флориде, где живёт со своей девушкой Шарлоттой. Она модель, и они довольно долго вместе. Они похожи на маленькую совершенную пару, которая с большой вероятностью заведёт маленьких совершенных детей. Их счастье заставляет меня скучать по отношениям. Мои отношения закончились давно и нехорошо. Большую часть времени я был счастлив, пока не вступил в ещё одни отношения, ключевые слова – большую часть.

– Чувак, я не понимаю тебя. Любая другая ночь в году, ладно, но ты в финале «French Open». Как ты не понимаешь, что это дерьмо посерьёзней? Ты кладешь на людей своим неуважением к игре. Ты кладешь на меня.

– И всё же я продолжаю побеждать, – сказал я, многозначительно поднимая бокал к губам.

– Как раз этим ты и бесишь.

Я смеюсь и наполняю свой бокал. Как мне объяснить ему? Никто не понимает. Каждый думает, что я просто какой-то дерзкий высокомерный мудак, но это так чертовски далеко от истины. Разве это моя вина, если выигрыш больше не стимулирует? Очередной финал. Так, блядь, что? Где вызов?

– Я здесь не для того, чтобы говорить о теннисе, Джош. Я здесь, чтобы немного развлечься. Ты со мной?

– Я всегда с тобой, чувак, – он качает головой и подзывает официантку. – Водку и тоник, пожалуйста. Тебе повторить? – Спрашивает он меня. Я киваю. – И ром с колой для моего друга.

Официантка кивает и уходит.

Я улыбаюсь, в то время как мой маленький фан-клуб начинает придвигаться ближе к краю стола. Красивая брюнетка с краю встречает мой взгляд. Я подмигиваю ей и смотрю, как она приближается к нам.