— Что тебе сказал мой отец? — напряженно проговорил Джетро.

Я моргнула, принудив себя сосредоточиться на ненормальном, который пытался окружить меня, словно хищный ястреб.

— Прости, что?

Джетро сжал кулаки.

— Когда он задержал тебя в столовой, что он тебе сказал?

Я пренебрежительно пожала плечами.

— Ну, то же что и ты. Я не узнала ничего нового. То, как он смотрел на меня, дало мне понимание того, что у него есть секреты, которые он не намерен открывать. — Сузив глаза, я поинтересовалась: — А что?

Он покачал головой.

— Да просто спросил. — Прочищая горло, он добавил: — Так тебе пояснили, что теперь ты послушная семейная зверушка, правильно? Будешь ласкова и получишь все, что пожелаешь.

Мое сердце сжалось. Гнев разлился по крови густым потоком с примесью раздражения.

— Что-то типа того. А я, как неблагодарная домашняя зверушка, кусаю руку, которая меня кормит.

Джетро захлестнула волна раздражения, он развернулся и направился обратно к столбу. Уверенными движениями рук, он подтянул свисающие манжеты наручников и пнул что-то, покрытое материей, к основанию деревянной конструкции.

Его взгляд пристально впился в мои глаза.

— Скажи мне, мисс Уивер. Ты уверена, что готова?

Мое сердце застучало охваченное паникой. Я поддразнила его и сказала, что готова, но в данный момент, столкнувшись с неизбежностью, что я должна отдаться в его руки по собственному желанию и предоставить ему возможность делать со мной все, что ему захочется, я чувствовала себя совершенно иначе.

Когда я не шелохнулась, он пробормотал:

— Никаких слез. Никаких криков. Прими это так, как принимали мои предки, когда это происходило с ними.

Документ Долгового соглашения опять всплыл в моем сознании. Что моя семья сотворила такого ужасного, что в итоге привело к такой расплате?

Тяжело сглатывая, я немного приблизилась к столбу.

— Мне нужно понять, почему это все происходит.

— Почему? — он наморщил лоб. — Какое в этом веселье?

— Веселье? — о боже мой, он что, будет наслаждаться всем этим? А что ты ожидала? Я ошибочно предполагала, что продолжу лицезреть человека, который скрывается под личиной холодного бездушного робота. Иллюзия привела меня к заблуждению, которое, по-видимому, Джетро любил разрушать.

— Я полагаю, это неверное слово.

Джетро был полностью спокоен, его глаза были наполнены вещами, которые мне не суждено понять. Он держался отстраненно на протяжении долгого периода времени, прежде чем явственно вздрогнуть и избавиться от того, что держало его в таком состоянии.

Мой желудок ухнул вниз, заставляя меня подойти по собственному желанию делало это во сто крат хуже. Я была словно жертвенный ягненок, который по собственному желанию идет на заклание.

Мурашки покрыли все мое тело, и ноги медленно двинулись по направлению к Джетро.

Он сделал глубокий вдох.

Влажность в воздухе сменилась на напряжение с нотками обеспокоенности. Я ненавидела его власть, с которой он заставлял мою кожу покалывать, а живот скручиваться. Это было совершенно нечестно. Было неправильно, что я находила его привлекательным, когда должна была считать отвратительным.

Мой взгляд метнулся к манжетам наручников, что висели между искусственными цветками. Мне даже не нужно было спрашивать о его планах относительно меня. Все было и так довольно очевидно, но я не доставлю ему такого удовольствия — медлить, вытягивая из меня по крупицам чувство волнения, и играть со мной.

Стискивая челюсть, я придвинулась ближе, поднимая запястья вверх к манжетам.

Джетро изогнул бровь, он неспешно облизнул нижнюю губу.

— Что ты делаешь?

Собирая воедино всю смелость, что наполняла меня, и, уповая на Господа, что вертиго не помешает мне, я натянула улыбку, которая не источала ничего приятного.

— Наручники тут не просто так. Я просто уберегаю тебя от надобности пояснять мне мои действия.

Воцарилась тишина, воздух слегка подрагивал от напряжения вокруг нас.

Его челюсть расслабилась, и он проговорил:

— Так проявлять самоуверенность и дерзость, мисс Уивер. — Наклоняясь вперед, чувство острой настороженности, что вызывало у меня его тело, сменилось ощущением привлекательности. Аромат леса и кожи, исходивший от его тела, окутал меня. Вопреки моим желаниям, мой желудок сжался, и я глубоко задышала.

Его ноздри затрепетали, но он не промолвил ни слова, когда его жесткие, ледяные пальцы обернулись вокруг моих запястий, подтягивая их выше, чтобы обернуть кожу манжетов вокруг них.