Алина схватила Карину и с силой поволокла ее к двери. Жар становился невыносимым; Алина скинула раскалившийся, начинающий плавиться плащ и горячий воздух обжег ее голую кожу; волосы на голове начинали трещать, свиваясь в жуткие, обгоревшие кудри, и грозили вспыхнуть в любую секунду.

Они подползли к двери. На связке висело целых шесть ключей, и Алина, перед глазами у которой уже мелькали черные точки — то ли пепел, то предвестники неминуемого удушья, — а в ушах все быстрей колотился бешеный пульс, попыталась понять, какой из ключей нужный. Маленький, по-видимому, от навесного замка — в сторону, два ключа с одинарной бородкой: она бросила взгляд на дверь — замочная скважина была длинной, широкой, для другого типа ключей. Вот подходящий; Алина вдохнула обжигающий легкие воздух вместе с хлопьями сажи, поднялась и сунула ключ в замок.

Повернуть его она сумела лишь один раз: частый стук пульса в ушах превратился в кровавый гул, и Алина упала, уткнувшись лицом в горячий железный порог.

Она не слышала, как лязгает, поворачиваясь еще раз, ключ в замке, не почувствовала, как тонкие руки Карины подхватывают ее подмышками и выволакивают прочь из ревущего адского пламени.

Инквизитор ударом ноги распахнул дверь в подвал и закашлялся: черный дым вырвался ему навстречу, как злой джинн. Он отвернулся, вздохнул, вытер мгновенно выступившие на глазах слезы, и, освещая путь фонарем, нырнул в низкий каменный коридор. Желтоватый луч света дробился и плавал по дымной завесе, освещая путь не более, чем на два метра вперед. Мелькнула мысль о возвращении назад, но Инквизитор отмел ее: он пришел сюда завершить то, что начал, и отступать сейчас не собирался. Пальцы крепче стиснули рукоять молотка; он шел как можно ближе к стене, задевая погасшие, задохнувшиеся толстые свечи, освещая фонариком ниши, провалы за ржавыми решетками, и через десять метров луч света провалился в туманную пустоту — коридор поворачивал вправо, туда, откуда валил, становясь гуще и злее, отравленный дым.

Где-то впереди лязгнул металл, будто кто-то повернул в замке ключ. Инквизитор застыл и прислушался: звук не повторился, он снова шагнул вперед, и тут ключ повернули еще раз, раздался скрип петель, шорох, и в лицо разом ударило жаром и дымом, как будто из печной трубы, внизу которой растопили огромный камин. Мелькнула чья-то фигура; Инквизитор наставил фонарик, занес молоток, и чуть не закричал от внезапного страха: из клубящейся тьмы перед ним вынырнуло существо, в котором трудно было признать человека — космы свисали лохмотьями, на совершенно черном лице безумно сверкали глаза, обнаженное белое тело покрылось пятнами копоти, будто следами гниения. Инквизитор отшатнулся, но все же махнул молотком, целя чудовищному видению в голову, и промахнулся. Кошмарная ведьма метнулась обратно и исчезла из вида в темноте и густых клубах дыма. Инквизитор было рванулся в погоню, но наступил на что-то мягкое и едва не упал: внизу под ногами лежало еще одно обнаженное женское тело. Волосы под черной копотью были золотистого цвета.

Он быстро присел и перевернул женщину на спину. Она дышала, но была без чувств. Держа молоток наготове, Инквизитор всмотрелся в лицо, помедлил секунду, а потом решительно сунул оружие за пояс брюк, подхватил женщину на руки и понес ее вон из подвала.

Алина очнулась от ощущения долгого падения в пропасть: вернувшееся сознание за доли секунды создало подобие сна, в котором она летела, все ниже и ниже, во тьму, и вдруг упала на камни, которые разлетелись и загрохотали, как рухнувшая мебель. Она открыла глаза.

Голову сдавливала невыносимая боль, как будто череп зажали в тиски и изо всех сил закрутили. Алина лежала нагая на жестком, холодном полу, в окружении сломанных стульев, а рядом с ней, морщась и потирая колено, сидел Аркадий Романович Каль. Он увидел, что Алина открыла глаза и виновато сказал:

— Простите, я Вас уронил. Оступился. Колено травмировано.

Алина пошевелилась и попыталась сесть. Попытка отозвалась новым, жутким приступом боли и тошноты.

— Где мы? — обожженное, полное копоти горло сипело и скрежетало, как сухой наждак.

— На первом этаже, — ответил Каль. — В подвале пожар. Вы можете идти? Боюсь, мне не осилить подъем по лестнице с Вами на руках.

«Баллоны», — с ужасом пронеслось в голове. Сколько осталось до взрыва? Минута? Секунда?

— Газ, — выдавила Алина и тут же зашлась сухим кашлем.

— Что? — переспросил Каль.

— Газовые баллоны в подвале! — Алина сама не могла разобрать своих слов, но Аркадий Романович понял. Он вытаращился на Алину, потом рывком поднял ее на руки и потащил мимо завалов из сломанной мебели к узкой лестнице, ведущей наверх.

Наверху отрывисто рявкнули выстрелы: раз, другой, третий.

— Кажется, мы тут не одни, — заметил Аркадий Романович.

На полу коридора осталось лежать несколько безжизненных тел. Остальные бродяги, едва Чекан с Хмарой открыли стрельбу, мигом брызнули в стороны, скрывшись в боковых проходах, на лестницах и в коридорах. Тьму заволакивал дым; из мрака неслись завывания, хриплые крики, всюду стучали шаги: за стенами, над потолком — насельники Виллы рассеялись по ее лабиринтам.

— Обходят, — в панике закрутил головой Хмара. — Слышишь, Сёма, обходят со всех сторон, им тут все ходы — выходы известны. Надо подкрепление вызывать, уходим!

Семен не ответил: где-то там, впереди, в пылающих каменных недрах огромного дома оставалась Алина.

— Если хочешь, иди, — процедил он и побежал вперед.

В сумраке полыхнуло короткой вспышкой и раздался гром выстрела. Пуля коротко свистнула у правого уха и с визгом срикошетила от стены. Семен мгновенно пригнулся, присел у распахнутой, покосившейся двери в какой-то большой зал и выстрелил наугад. Из мрака возникла огромная, косматая тень, шагнула вперед и Чекан увидел устрашающего вида бродягу, заросшего бородой до самых бешено вращающихся глаз. В руке у него был пистолет. Гигант увидел Семена и вскинул оружие. Два выстрела грянули одновременно. Бродяга покачнулся, получив пулю в плечо, но устоял. Чекан почувствовал, как что-то со страшной силой ударило его в грудь и бросило спиной на пол. Он попытался подняться, но не смог. В груди клокотало. Пистолет выпал из руки, и носок огромного грязного сапога отшвырнул оружие прочь.