– Сева, ты посвятишь меня в своё изобретение или так и будешь мучить меня молчанием. И почему Москва, а не Питер, неужели собрать твой прибор нельзя было на месте?

– Дело в том, что только в Москве, в единственном месте на всём бескрайнем просторе России, есть такой специалист, можно сказать ювелир работы с супер малыми материалами, как мой товарищ Кононенко Валерий Павлович. Вот уж специалист от Бога!

– Ты мне хоть в общих чертах поведай, что за изобретение ты сделал и к какой области жизни оно применимо! Сева помолчал некоторое время и, увидев, что я закончил с бутербродом, налил мне в крышку от термоса горячий кофе.

– Вот выпей и послушай, - Сева закрыл термос корковой пробкой и примостил его между своих ног.
– Суть моих разработок сводилась к тому, чтобы можно было без всяких помех и натяжек точно определять выходы в нашу земную реальность чужых и отличных от наших базовых физических законов структур различных форм, энергий, полевых форм жизни, действия иных законов...ну и так далее. Не буду забивать тебе голову тонкостями научных выкладок, но именно это нам и удалось сделать

– Ты хочешь сказать, что способен обнаружить в пространстве точки-порталы, через которые к нам просачиваются иные формы жизни из других миров?

– Не только формы жизни, а и многое другое. Прибор способен выявлять такие проникновения на базе забитых в него констант и параметров действующих на Земле физических законов и констант. Малейшее отклонение и если прибор находится в радиусе 35-40 метров от возникшего портала, он включится, и будет выдавать разницу показаний, чем сразу охарактеризует вид и форму привнесённого в наш мир воздействия, его величину и форму.

– Круто, никогда бы не подумал что такое возможно!
– я допил кофе и отдал крышку другу. Сева тут же навинтил её на термос и спрятал его в кейс.

– Тот второй прибор, что остался у Валерия, намного мощнее и более продвинутый. С его помощью можно не только засечь портал, связующий наш и чужой миры, но и установить с ним устойчивую связь.- Сава немного помолчал и закончил свою мысль.
– Это я так думаю, хотя скорее, уверен в этом! Скажи мне о таком изобретении лет десять назад, я рассмеялся бы сказавшему это в лицо. Но наука не стоит на месте, всё движется, всё меняется! Витя, - затем немного помолчав, продолжил, - может я подменю тебя на каком-то участке?

– Давай так, Севушка, после Владимира я осилю ещё до Мурома и отдам управление тебе. Мне действительно не помешает вздремнуть пару-тройку часиков перед прибытием на место.

– Лады, друже, как скажешь, так и поступим, - и Сева стал усаживаться в кресле как можно удобнее, чтобы вздремнуть пока я веду машину.
– Смотри мне, не завези нас, пока я буду дремать в иномирье!

– Спи уж, дорогу эту я проехал не один раз, не заблужусь.

– Будут слипаться глаза, тут же на обочину и выключай двигатель. Не испытывай судьбу, я ещё хочу нобелевскую премию получить.

– Это уж как водится! Но ты не переживай, я чувствую себя нормально.

Объезжая стороной Владимир, я свернул с Юрьевца на Вяткино и выскочил за посёлком на отремонтированную трассу R7. Ещё немного и Муром, а там ещё два-три часа и мы на месте.

* * *

Сева, слушая меня, как водитель своего штурмана, пронёсся по широкой улице и вырулил к большому старинному дому, обнесённому высоким забором, сложенным из секционных плит и, подъехав к воротам, выключил двигатель.

– Ну, вот мы и на месте, - тихо обронил я и, открыв дверь машины, вышел под лучи щедрого утреннего солнышка. Взглянув на часы, я отметил для себя время - шесть часов пятнадцать минут.
– Мы одолели дорогу за пять с половиной часов вместо обычных семи.

– Ты же гнал до Мурома как угорелый и, если бы я знал дорогу, как и ты, то мы вложились бы и за меньшее время, - с улыбкой ответил на мои слова мой спутник.

В этот момент скрипнула калитка рядом с воротами и в её проёме показалась седая голова Ивана Ильича. Увидев меня, он распахнул калитку и, невзирая на свой почтенный возраст, быстро подошёл ко мне с раскрытыми объятиями

– Слава Богу, Витя, ты уже приехал, - объятия старика были крепкими и я невольно подумал, что в молодости этот старик был очень сильным человеком.

– "Настоящий полковник!", - мелькнула у меня мысленная строка из песни Аллы Борисовны. В прошлом морской офицер, Иван Ильич и сегодня в свои 88 лет, выглядел подтянутым и крепким мужчиной. Назвать его стариком просто не поворачивался язык.

– Как вы Иван Ильич, как тётя Лида?
– я повернулся к Севе и махнул ему рукой подойти.

– Да мы нормально, что нам сделается. Вот не знаю, что делать с Тихоном, его так и нет дома.

Сева подошёл к нам и, протянув Ивану Ильичу, руку громко произнёс.