Но предыдущих просчетов нам показалось мало, и мы стали изгаляться дальше. Сказку-то, в конце концов, выбрать нужно! «Золотая рыбка» — звучит весьма безобидно, стоит попробовать. Попробовали — ничего смертельного не произошло, вот только у многих в городе подвалы превратились в бассейны, а из туалетов получились оригинальные фонтаны. В результате «Золотая рыбка» тоже отправилась в черный список.

Бедный Вальтер во все время наших экспериментов не расставался с пузырьком валерьянки, которую вскоре стал хлебать не разбавляя водой. Госпожа Роза держалась лучше, но чуть уловимый запах коньяка, витающий в воздухе кабинета руководителя Отдела, наводил на мысль о том, что пора отбросить тяжелую артиллерию и перейти к чему-нибудь более безобидному и минимально требующему магического вмешательства. Скачущий по лесу гигантский округлый пирожок вызвал долгие споры и опасения. Кто-то предложил оживить кучу теста, но, представив бродящего по Крушице колобка-убийцу, разрушающего все на своем пути (если еще хоть что-то осталось после наших прежних попыток), мы тут же отбросили данную затею. После длительных часов обсуждений «вердикт» наконец был вынесен. Сцену и декорации мастерим из подручных материалов своими руками (нет, не теми руками, которые создавали дракона!), роль колобкоядных зверей исполняем опять же сами, переодеваясь в костюмы. Колобка выпекаем стандартного размера (кстати, кто-нибудь вообще знает, что это за «стандартный размер»?), двигаться он у нас будет с помощью левитации, самый безобидный приемчик, а говорить за поджаренную булочку будет суфлер. Ура! Осталась самая малость. Все это сделать. За день до праздника.

Бессонная ночь и работа до седьмого пота сотворили из невозможного возможное. В шесть часов утра вся актерская труппа и работники по сцене были на Соборной площади. Собрать сцену заново оказалось нелегким мероприятием, но ребята вроде справлялись. Правда, подозрительно много лишних деталей у них оставалось после сборки. Но это ерунда, главное, сценарий написан, костюмы сшиты, декорации сделаны, оставались сущие мелочи.

— Акира?

— Ха? — откликнулась я, отрываясь от заштопывания не вовремя порвавшегося занавеса.

— Ну, во-первых, оденься, а во-вторых, сходи купи цветы, чтобы сцену украсить, а то у нас тут куча «соплей» и гвоздей торчит, прикрыть бы не мешало, — попросил Ким, опасно пошатываясь на стремянке, пытаясь подвесить картонное облачко. Облачко сопротивлялось.

— Хорошо, а какие цветы покупать? — спросила я, бросая несчастную занавеску.

— Без разницы, главное, чтобы их было много и дешево.

— Вот, Аки, возьми, — Альма протянула мне выданные на расходы деньги.

— Ладненько, тогда я побежала.

— Оденься, — раздался сверху усталый голос «провидца».

— Точно! — Я принялась натягивать сарафан. — Думаешь, в одном купальнике расхаживать по городу неприлично?

— Не знаю, как в обычном купальнике, но в твоем так точно, — проворчал парень, слезая со стремянки. — Смотри, в таком виде не попадайся на глаза Вальтеру, а то его точно удар хватит.

— Не понимаю, что такого в моем купальнике. — Я задрала подол сарафана для лучшего изучения предмета спора. — А?

— Ничего, он очень миленький, — улыбнувшись, ответила девушка.

Я перевела взгляд на друга. Ким вздохнул, утомленно потирая лоб.

— Хорошо, что ты в этот раз выбрала совместную модель. Но про то, как он тебя обтягивает я лучше промолчу. Кстати, ты в нем дышать-то можешь? Я задам тебе всего один вопрос: почему именно эта расцветка?

— Расцветка? О, ну там была еще леопардовая, но я подумала, это будет выглядеть слишком вульгарно.

— Зато это выглядит слишком очевидно, — пробурчал Ким.

— Очевидно?

— Забудь. Иди уже за цветами, — махнул рукой парень, возвращаясь к работе.

Я недоуменно пожала плечами и побежала выполнять поручение. Что может быть очевидного в черно-белых пятнах коровы? Не понимаю.

В Крушице хватало цветочных магазинов, но по случаю фестиваля в большинстве из них уже закончились цветы, а в других были столь непотребные цены, что я просто не могла поверить, что какой-то плюгавый лютик может столько стоить. Безрезультатно бродя от одного магазина к другому, я начала отчаиваться. Быть может, сбегать в городской парк и там повыдирать цветочки из клумб? Пожалуй, оставлю эту затею на крайний случай. О, вот и еще один магазинчик, а вдруг здесь повезет?

Я остановилась, разглядывая витрину. Во всяком случае, товар имеется, посмотрим, какие тут цены. Стоило мне очутиться внутри, как запах цветов, земли и удобрений тут же ударил в нос. Порой запахи лучше любой визитной карточки. Я по ним даже дорогу порой нахожу быстрее. Ну как можно перепутать запах свежей выпечки, доносящийся из булочной, и дразнящий желудок аромат шашлыка в трактирчике под мостом? Правильно, никак. А карты и адреса — это уже вторично.

— Привет, девушка-ананас! — радостно поздоровались со мной, оторвав от неизменно голодных мыслей. Я посмотрела на стоящего за стойкой парня в темно-синем фартуке с вышитым на нем красным тюльпаном. Солнечный свет, пробивающийся сквозь листву цветов, коими заставлялась витрина, алмазным блеском отражался на белоснежных волосах. Таких белых и искристых, словно недавно выпавший снег. Ярко-голубые глаза и улыбка чуть ли не до ушей.

— Ты… — помедлив, начала я, — почему назвал меня ананасом?

Белые брови удивленно поднялись.

— Почему? Но ведь у тебя прическа будто хвостик ананаса.

— Ананаса? Ладно, как только мой хвост не называли. Смирилась. Пальмой — называли, фонтаном — называли, редиской — называли, — загибала я пальцы. — Но ананасом еще ни разу.

— Теперь разу! — Парень вновь улыбнулся, пристально посмотрев на меня. — Послушай, ты ведь догадалась, кто я?

— Конечно, — ответила я, тоже пристально уставившись на него. — Ты продавец в цветочном магазине! Чего тут гадать?