— Свежий воздух. Красота! Эхо! — прокричала я, глубоко вздохнула и упала в сугроб.

Не знаю, сколько времени я провела на улице, но в дом вернулась изрядно мокрая и покрытая снегом.

— Знаешь, Акира, с твоей стороны было не очень вежливо уйти гулять и оставить открытой дверь. Как ты вчера и говорила, меня чуть не сдуло, — «приветливыми» словами встретил меня Ким. Я сделала виноватое лицо. Да, про дверь я действительно забыла. — Ну?

— Понимаешь, память девичья.

— Оригинальное оправдание, — протянул парень. — Что за вид? Ты с кем-то дралась?

— Я закалялась!

— В одежде?

— Ну и что? Тебя-то и в шубе на мороз хрен выгонишь! — перешла я в атаку.

— Ладно, оставим дискуссии по поводу закаливания и хрена на следующий раз. Сейчас у нас имеется куда более насущная тема — как вернуться обратно в Брасет. Если ты помнишь, завтра госпожа Ильская должна встретиться с шантажистами. Мы не можем опоздать на эту званую встречу. Пока ты занималась сомнительно оздоровительными процедурами, я покопался и кое-что нашел. Они помогут нам передвигаться по глубокому снегу.

— Ким?

— Да?

— Ради всего святого, надеюсь, ты не нашел лыжи? — с испугом спросила я.

— Нет, хочу тебя успокоить. Я нашел снегоступы, — ответил парень, протягивая мне вещицы, напоминающие теннисные ракетки.

— Я не умею ходить на снегоступах, — призналась я, с сомнением осматривая конструкцию.

— Я тоже. Есть повод научиться. Других вариантов все равно нет.

Мы вышли из дома и обулись. Вокруг не было ни души. Один девственный лес. Как он мне надоел!

— И куда нам? Я понятия не имею, в какой стороне находится Брасет.

— Удивительно. С твоим-то чувством места, — «поразился» Ким. — Я примерно представляю, куда нам нужно идти. Вон там находится дорога, по которой нас привезли. Выйдем по ней обратно к Брасету.

— Не знаю. Сегодня всю ночь мело. Снега выпало уйма. Дорогу, наверное, занесло. Ее теперь не разберешь.

— Ты права, но направление мы знаем. Дорога проходит через лес, а значит, ее очищают от деревьев. По вырубленному и пойдем. А со снегоступами есть шанс не «утонуть» по шею.

— Замечательно, но меня волнует другое. Сможем ли мы дойти до Брасета пешком?

— Я очень надеюсь, что по пути нам кто-нибудь встретится, — признался Ким.

— Кто-нибудь — это кто?

— Желательно кто-нибудь на санях или упряжке.

— А если нет?

— Тогда это будет полная… — мрачно, но зато честно ответил напарник. — Но ты оптимистка — надейся на лучшее.

— Я уже надеюсь, — мрачно произнесла я.

— Отправляемся?

— Отправляемся. Эх, ситуация знакомая до боли в коленках. Тебе не кажется, в последнее время мы только и делаем, что теряемся?

— Главное — находимся, — заключил Ким, трогаясь с места.

Поправив переноску на плече и взглянув на возмущенно скребущегося хорька, я последовала за другом.

Шагать по метровому снегу — занятие не из легких. Снегоступы помогали, но после получаса ходьбы ноги начинали отваливаться. Не знаю, сколько мы сумели пройти. Природа не баловала разнообразием. Деревья, кусты да сугробы — вся картина. Она преследовала на всем протяжении пути, и не было ей ни конца ни края. Я устала. Мне все надоело. Очень хотелось сесть в сугроб и, как маленькая, забить руками и ногами с криками, что дальше я никуда не пойду. Но поможет ли? Сомневаюсь. Детство прошло. Вот она, суровая взрослость во всей своей красе. Ненавижу.

— Ким?

— М?

— Ты не устал? — с надеждой спросила я.

У меня от напряжения давно пропала чувствительность ниже пояса, а легкие покрылись инеем. Но признать свою слабость перед хлипким напарником равносильно позору всей жизни.

— Ну… — задумчиво протянул парень.

— Ой, да брось ты! Я прекрасно вижу, как ты почти на девяносто градусов вбок отклоняешься. Объявляю остановку!

— Хорошо, — согласился Ким. — Но только пять минут. Нам нужно пройти как можно больше.

— Пять минут? Ты садист, — простонала я.

— Самому не лучше, — проговорил парень, уткнувшись лбом в ближайшее дерево.

— Еще и мазохист, — заключила я.

— Да ну тебя, — устало отмахнулся Ким, подозрительно сползая. Он там себе лоб не сдерет? — По-другому мы и к ночи не доберемся до Брасета. Пара паршивых километров, но с такими темпами они растянутся на все десять.

— А я продолжаю греть себя надеждой, вдруг нам кто-нибудь встретится. Уф, — я наклонилась, чтобы погладить усталые конечности.