Было ещё огромное количество различных фотографий с пойманными моментами из жизни, но больше всего моё внимание привлек кадр, где Карине было лет десять, а Косте четырнадцать. По всей видимости, это происходило на его дне рождении, потому что на заднем плане мелькал праздничный стол, за которым сидели подростки. Карина приходилась чуть ли не на две головы ниже Кости, но мальчик в зеленом свитере тем не менее держал её за руку и счастливо улыбался в камеру, а она с недовольством смотрела на него, словно за секунду до снимка друг сказал что-то, что резко вызвало у неё бурную реакцию негодования. Но суть не в этом. Я удивилась, сколько в той фотографии было нежности и трогательности. Самое интересное, что с тех пор ничего не изменилось. Эта нежность присутствовала между ребятами и по сей день.

Просто дружба? Мне было немного грустно осознавать это, я была бы очень рада, если б Карина с Костей стали парой. Мне нравился Костя. В нём было то, что роднило его с Кариной: чуткость, искренность, нескончаемый поток энергии, света, внутренняя глубина. Таких людей обычно называют "душой компании". Вся жизнь Кости была посвящена музыке: гитара, концерты, репетиции. "Музыка для меня всё", - признался он как-то. Хотя, по настоянию отца, несколько лет назад поступил учиться на юридический факультет и, как выражался, с горем пополам заканчивал третий курс, не решаясь уйти из-за диплома. Отношения с отцом у Кости были крайне натянутые, из-за чего он даже ушёл из дома и уже больше года жил в съемной квартире.

При этой мысли я с облегчением вздохнула, благодаря небеса за то, что никогда не знала желания уйти из дома. Отец - тиран или мама - истеричка, я понимала, что в нашей жизни такое сплошь и рядом. Сколько семей, производящих на людях положительное впечатление: жизнь в достатке, престижная машина, квартира, умницы- дети, летние поездки за границу, всё так сладенько и идеально, что не придерешься. А что на деле? Никто не знает, что происходит за чужими дверями. Как часто за такой красивой, слащавой картинкой скрывается то, о чём не расскажешь постороннему человеку. И я была счастлива, что никогда не пережила подобное.

Пора было укладываться спать, однако мое решение никак не желало находить компромисс с внутренней бодростью, поэтому уснула я только на рассвете.

Проснулась от знакомых шагов по комнате. С трудом открыв глаза в приглушенном свете настольной лампы, первое, что я увидела - Карину, вешавшую своё оранжевое полотенце с греческим орнаментом на спинку кровати.

– Карин, сколько сейчас время?

– Половина седьмого только, - тихо ответила она, - поспи ещё.

– Да нет, тоже вставать надо, только так тяжко. Я практически всю ночь не спала.

– Думала о сегодняшнем дне?
– улыбнулась Карина, присев на стул, стоявший напротив моей кровати, и принялась расчесывать мокрые рыжие волосы в теплом халате и белых, шерстяных тапочках, от вида которых я невольно поежилась, ощутив комнатную прохладу.

– Это тоже, но а вообще разные мысли в голову лезли, одна сменялась другой, та третьей...представляешь, я даже представляла, будто смотрю в калейдоскоп, чтобы веки потяжелели. В детстве мне часто это помогало.

– Волнуешься… - мягко протянула она. – Это твое подсознание так реагирует.

– Наверное, - согласилась я.
– А ты давно проснулась?

– Минут двадцать назад. Так-то я бы позже немного встала, но из-за душа будильник на полчаса раньше поставила.

– А-а, слушай, прости насчет душа, - с сожалением протянула я, приподнявшись и убрав запутанные, лохматые волосы за плечи.
– Я, наверно, слишком долго там вчера была, что ты уснула, не дождавшись меня.

– Вовсе нет, Анжел, не извиняйся, ты что? Меня просто разморило, поэтому я сразу поняла, что если встану под воду, то усну прям там. Кстати, как вообще твой настрой?

При последнем вопросе я, расплывшись в широкой улыбке, откинулась назад.

– Видимо, хороший? – радостно подмигнула Карина, забравшись ко мне под одеяло.

– Чувствую себя счастливой, - воодушевленно пропела я, устремив взгляд к окну, где ещё только начало светать.
– Такая легкость внутри.

– Девчата, проснулись уже? С добрым утром, – ласково произнесла мама, появившись в дверях комнаты. Как же я любила её. Она стояла в своем теплом халате, такая милая, домашняя и самая родная. Маме даже утром удавалось прекрасно выглядеть, чего нельзя было сказать обо мне. – Собирайтесь потихоньку, я жду вас на кухне, хорошо? Сейчас блинчики пожарю.

– О, теть Надь! – воскликнула Карина. – Вы золотая! Балуете нас.

– Не балую, а люблю, - нежно улыбнулась мама. – Всё, через десять минут жду вас. Поднимайтесь!

– Какая же она замечательная. Тётя Надя напоминает мне фею из сказок. Такая же добрая и волшебная.

– С этим не поспоришь, - кивнула я.
– Мама замечательная. Но как и дядя Паша. Иногда не верится, что мы стали одной семьей.

– Именно. Ты и тётя Надя очень дороги мне.

Я не стала ничего отвечать, а просто крепко обняла эту нежную девушку. И несмотря на мокрые волосы, стало вдруг до безумия тепло.