Одетый в элегантный серебристый костюм и черную рубашку с распахнутым воротом Франческо выглядел так, словно только что сошел с подиума. Он был поразительно красив – роковой, мрачной красотой. Грейс могла бы поспорить, что он, глядя в зеркало, каждый раз подмигивает своему отражению. Она встречалась с ним и раньше, и каждый раз у нее по коже бежали мурашки. Если бы ей пришлось рисовать Франческо, она изобразила бы его в виде хищного грифа.

– Лука! – Франческо обнял Луку, после чего они принялись хлопать друг друга по спине.

Грейс исподволь наблюдала за ними. Она почувствовала, как напрягся Лука. Он с энтузиазмом отвечал на похлопывания, но, когда они завели беседу, она уловила в тоне Луки натянутость.

Затем Лука перешел на английский.

– Ты, конечно, помнишь Грейс?

– Ну разумеется. – Английский язык Франческо был безупречен. Он взял ее руку и запечатлел на ней поцелуй. В его манерах не было ничего отталкивающего, но отчего-то Грейс захотелось выдернуть руку и протереть ее стерильной салфеткой. – Надеюсь, ты поправилась после болезни, которая заставила тебя так долго отсутствовать?

– Да, Грейс полностью поправилась, – ответил за нее Лука.

– Приятно слышать. Примите, пожалуйста, мои поздравления в связи с рождением вашего первенца. Надеюсь, вашей семье будет даровано еще много bambini.

– Мы тоже на это надеемся, – сказал Лука. Разговор завершился новыми изнурительными объятиями, после чего Франческо исчез в водовороте хорошеньких женщин.

– Ну, и о чем шла речь? – поинтересовалась Грейс. – Чем я болела?

– У тебя была дородовая депрессия.

– Что?!

– Я сказал ему, что ты в Англии. – Он пожал плечами. – Мать Франческо когда-то страдала от сильной дородовой депрессии. Он решил, что с тобой приключилось нечто подобное, и ты уехала к матери.

– Почему же ты не просветил его? – вскипела Грейс. – Почему не сказал, что я ушла от тебя, но потом мы решили ради Лили попробовать начать сначала?

– Этого я сказать не мог.

– Ну, конечно нет! – язвительно процедила она. Его непробиваемость разжигала в ней злость. – Негоже, если люди подумают, будто с тобой что-то не так, раз я тебя бросила, да?

– Со мной все в порядке. – Лука впился в нее взглядом. – Дело лишь в том, что ты истолковала мои проблемы в соответствии с твоими представлениями о бизнесе.

Если бы она обладала способностями Медузы, то превратила бы его в камень – под стать его каменному сердцу.

– Куда ты? – спросил он, когда она шагнула в сторону.

– В туалет. Прежде чем потеряю терпение и устрою сцену. А что? Может, ты пойдешь со мной, чтобы не дать мне снова сбежать?

У него на щеке забилась жилка.

– Если захочешь сбежать, обещаю, я не стану останавливать тебя и искать тоже не стану.

Предоставив ему кипеть от гнева, Грейс направилась в дамскую комнату. Уединившись, она критически изучила свое лицо. Подкрашивая глаза и освежая губы помадой, она размышляла о том, как Лука объяснил ее исчезновение Франческо. Дородовая депрессия!

Тем не менее она могла понять, почему такой гордец, как ее муж, пошел на обман. Его жена исчезла, словно в воду канула. Испарилась без следа. Когда Лука наконец нашел ее и обнаружил, что она родила ребенка, как он должен был объяснить это людям? Что собственная жена сочла его монстром и спрятала от него новорожденную дочь? Для него гордость и репутация значили очень много, а она нанесла удар и по тому, и по другому.

Боже, неужели она ищет оправдание для него?

Только убедившись, что достаточно успокоилась, Грейс вышла из дамской комнаты.

Народу в зале прибавилось, и Грейс не сразу отыскала Луку. Протискиваясь между гостями, она увидела его сидящим в баре с бокалом шампанского в руке. Но не успела она подойти к мужу, как чья-то цепкая рука схватила ее за запястье.

– Вот и ты! А я был уверен, что ты снова сбежишь.

Грейс развернулась и встретилась с насмешливым взглядом своего деверя.

– Пепе? Я не знала, что ты приглашен.

Она попыталась изобразить улыбку. Ей всегда нравился Пепе, он производил впечатление человека, для которого жизнь была сплошным праздником. Кроме тех моментов, разумеется, когда он ссорился с братом. Однако сегодня Пепе выглядел крайне озабоченным.

– Твоя мама сказала, что ты уже несколько дней как дома. Ты меня избегаешь? – спросила она.

Пепе вздохнул, посмотрел на Луку и увлек Грейс в сторону от толпы:

– Я решил держаться подальше, чтобы не поддаться искушению и задушить тебя за то, что ты сделала с моим братом. А он это вряд ли одобрил бы.