– О, духи Мрака! – воскликнула леди Арнэй. – Какое варварство!

Неожиданно я заметила, что лорд Арнэй внимательно смотрит на меня настолько темными и глубокими глазами, что мне показалось, будто из их глубины взирает сама Первозданная Тьма. Я не могла отвести взгляда от его глаз и вдруг почувствовала, что меня затягивает в их глубину, на самое дно бездны.

– Я бы, на твоем месте, не стал этого делать, Лиенн, – тихо, но жестко проговорил магистр, и я услышала злое раздражение в его голосе. – Тем более с Нелли.

– Простите, просто не мог устоять, – непонятно ответил лорд Арнэй и моргнул, отпуская мой взгляд, при этом невинно улыбаясь мне, как будто ничего странного не произошло. – У вас, леди, невероятно богатая палитра чувств. А вам тоже пришлось скрывать свою силу в том мире?

– Нет, – поспешно ответила я на вопрос лорда Арнэя и улыбнулась ему, насколько миролюбиво насколько позволило мое напряженное состояние. Его взгляд мне совсем не нравился, так же, судя по всему, как и магистру Вьенну. Но я боялась рассерженного магистра намного больше, чем странного взгляда лорда. – Я даже и не подозревала, что обладаю магией ведьм.

– Вот как? – вступил в разговор, молчавший до сих пор отец магистра.

– Тогда как же дядя нашел вас, тетя? – спросила Иннэр, прерывая деда, который явно намеривался спросить меня о чем-то еще.

Я растерялась перед ее детской непосредственностью и не знала, как ответить на этот вопрос, но меня выручил магистр.

– Понимаешь, милая, леди Энеллия является моей истинной парой, так что я не мог не найти ее, пусть бы она находилась и на другом конце вселенной, – произнес он уверенно и спокойно при этом мило улыбаясь девочке.

– Истинная пара?! – воскликнула мать магистра и все присутствующие, включая слуг, направили на меня изумленные взгляды.

Я не совсем понимала, о чем шла речь и поэтому в свою очередь обернулась к магистру, ожидая разъяснений.

– Нелли, будь любезна, покажи левую руку, – ласково попросил лорд Элрин Вьенн.

Я подняла руку, и широкий кружевной рукав платья опустился, обнажая ее до локтя.

На моем запястье ничего не было видно, но магистр быстро поддернув свой рукав, поднес свою руку к моей, и в тот же миг на моем запястье проявился тонкий золотистый браслет с орнаментом из двух переплетенных в объятиях драконов, белого и черного.

– Невероятно! – прошептала сестра лорда-директора. – А когда свадьба?!

– На этот вопрос у меня пока нет ответа, – спокойно ответил магистр.

Все вновь удивленно посмотрели на него.

– Видите ли, – пояснил Элрин Вьенн, – я несколько отступил от общепринятых правил, когда просил у леди Энеллии руки и сердца, поэтому намерен ждать ее решения в этом вопросе сколь угодно долго.

Я не могла поверить услышанному. Находясь словно в бреду, повернулась к магистру и встретила взгляд его черных как Мрак глаз.

Неожиданно лорд Элрин Вьенн, поднявшись из-за стола и потянув меня за руку, тоже заставил встать. Я не понимала, что он хотел сделать, а он опустился передо мной на одно колено и открыл, неизвестно как появившуюся у него в руках коробочку в виде золотого сердца дракона, произнес:

– Леди Энеллия Лиллиан де Гаэлла ла Белозар, я официально в присутствии всей своей семьи прошу вашей руки и сердца. Я клянусь тебе, родная, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не заставлю тебя идти против собственной воли. Но ты моя единственная. Ты та, которую я искал всю свою жизнь, и поэтому просто не мог позволить тебе сделать ошибку, Энеллия. Прости меня за это и дай ответ так же искренне и по доброй воле. Если ты сейчас откажешь мне – я пойму, но никогда, любимая, не перестану добиваться твоего расположения.

Магистр смотрел на меня с затаенной надеждой и такой нежностью, что я захваченная в плен его взглядом не смогла отвести глаз. Мое сердце неслось в бездну, вместе со всеми страхами и сомнениями. Мне вдруг очень, очень захотелось поверить в то, что мы действительно та истинная пара, о которой сложено так много легенд. И я тихо ответила:

– Вопреки всему я верю вам, лорд де Вьенн, и … даю вам свое согласие.

Глаза лорда вспыхнули неподдельным счастьем и он, бережно взяв за руку, надел на мой палец тонкое, в виде черного дракона, кольцо. А оно вдруг вспыхнуло золотистым сиянием и изменилось – теперь вместо одного черного в обруче сплелись два дракона, таких же, как и в невидимом браслете – черный и белый.

– Как трогательно!

Голос, прозвучавший в полной тишине, вмиг разрушил очарование момента.

– Я не прерывал столь душещипательный момент исключительно из свойственного мне любопытства.

Все поднялись из-за стола, а я, развернувшись на голос, увидела нашего императора и склонилась в низком поклоне.

– Ну что вы, леди Белозар, не стоит сейчас воздавать мне почести, принятые при дворе, ведь мы же теперь почти родственники, – голос императора был обманчиво мягок, но я чувствовала за этой мягкостью едва сдерживаемый гнев и сарказм.