На поляне быстро вырыли могилу.

Кудряшов, сняв фуражку, подошел к лежащему на сырой земле телу лейтенанта.

– Родные, - вытерев бежавшие по лицу слезы, сказал он.
– Сейчас мы навеки прощаемся с нашим любимым командиром лейтенантом Гамаюном. Его светлый образ навсегда останется в нашей памяти. Спи спокойно, дорогой товарищ. Перед твоей могилой клянемся, что, как достойные сыны своей Отчизны, будем сражаться до последнего дыхания. Отомстим за весь советский народ. Пусть земля тебе будет пухом.
– Кудряшов прикоснулся губами к холодному лбу командира. Другие пограничники тоже с болью простились с начальником заставы. Засыпав землей могилу, на небольшой холмик положили зеленую фуражку лейтенанта.

Одинокая могила в лесу осталась уже далеко. Пограничники молча, быстрым шагом шли за старшиной. Они спешили дойти до своих, влиться в их ряды и продолжить борьбу с врагом.

***

Идущие впереди в дозоре Хасиев и Пудов вдруг остановились, подозвали к себе старшину.

Шоссе. Немецкие мотоциклисты на большой скорости несутся в сторону пограничников. Микулай приказал отдать все гранаты отделению Хасиева. Хасиев с пограничниками ушел вперед в поисках удобной позиции для засады. Сам старшина с другими товарищами залегли рядом с шоссе.

Лес наполнился звуками моторов. Немцы чувствовали себя уже хозяевами. Они совсем близко. В коляске переднего мотоцикла - офицер. Он то и дело и посматривал в бинокль.

– Огонь!
– скомандовал старшина.

По лесу разнеслись звуки залпов из винтовок, взрывов гранат. Едущие впереди мотоциклы остановились, пытаясь развернуться, но на них на полной скорости наезжали едущие сзади. Лишь шести вражеским мотоциклам удалось развернуться и спешно удрать. Остальные остались на шоссе в виде трупов и груды металла.

Хасиев с Пудовым подошли к переднему мотоциклу. Офицер оказался жив, его лишь придавило. С перекошенным лицом он пытался вытащить из кобуры пистолет. Увидев это, Кудряшов быстро выхватил его из рук офицера.

– Попался, - сказал удовлетворенно старшина. И, обернувшись к Пудову, - Пудов, расстрелять ирода!

...Через каких-то полчаса пограничники вышли к опушке леса. Вдалеке, на возвышенности, увидели солдат.

– Наши, видите! На высоте наши солдаты!
– радостно закричал рядовой Шишлов.

– Хасиев, дай-ка немецкий бинокль, - попросил Кудряшов. Он долго смотрел в бинокль в сторону высоты.
– Да, это наши. Укрепленная линия...

Позабыв усталость, голод, опасность Кудряшов бросился к высоте.

***

Солдаты укрепрайона с радостью встретили пограничников, начали угощать. Кто предлагал консервы, кто сгущенное молоко, кто галеты. Вот и чай готов.

– Ешьте, ешьте...Как добирались?
– начали затем расспрашивать.

– Нормально.

Вскоре прибыл командир роты.

– Встать, смирно!
– дал команду Кудряшов.
– Товарищ капитан, мы отряд пограничников, отступая, вышли на ваш укрепленный район.

– Сколько вас?

– Тринадцать.

– Почему нет старших командиров?

– Начальник заставы убит немцами, мы его похоронили в лесу.

Капитан со старшиной, разместив пограничников в первом взводе, пошли в командный пункт - в землянку. За столом, сколоченном из досок, сидел капитан Фадеев. Он очень напомнил погибшего Гамаюна. Такой же с горбинкой острый нос, черные глаза, широкие плечи. Даже черные волосы причесаны как у Гамаюна. И голос - мягкий баритон. Отличался только черными усами. Если сбрить усы - вылитый Гамаюн.

– Товарищ старшина, - поднял глаза от бумаг капитан.
– С этого часа Вы будете командиром первого взвода.

– А где их командир?

– Не успел вернуться из очередного отпуска.

– Так точно!

N-ская дивизия своевременно не успела прибыть к месту назначения у границы, только несколько частей успели расположиться. Поэтому и переживал капитан. Посыльные в штаб также не успели вернуться - началась война.

***

Солнце село за высотой. Черные тучи, выползая из-за леса, потихоньку накрыли небо. Но ветер летний, теплый. Слышно, как ухают пушки. На западной стороне небо окрашивало красное, как кровь. зарево.

Микулай, глядя на запад, до боли стиснул зубы.

– Ну, запомните, гитлеровские собаки, это вы принесли на Отчизну смерть и пожары. И знайте, не будет вам пощады, советский народ вам не победить.
– размышлял он, шагая к дзоту первого взвода знакомиться со своими подчиненными.

Солдаты встретили старшину невесело. Но старшина, решив их подбодрить, рассказал о боях пограничников на границе.

– Товарищ старшина, - сказал один из пограничников, когда Микулай встал, чтобы уйти.
– Вы же знаете Розу Палискауса. Так вот, наш сержант Хасиев, прощаясь, целовался с ней.