Внезапно взгляд Брюса нащупывает что-то необычное, и в тело возвращается прежнее напряжение и сосредоточенность. На крыше аптеки сидел, болтая ногами, человек. "Девушка", - сделал вывод мизантроп, приметив длинные светлые волосы и стройную фигуру. Не заметив стороннего наблюдателя, молодая особа потянулась и поднялась на ноги. Желая остаться незамеченным и предчувствуя неожиданную развязку, наш герой осторожно подкрался к забору рынка, где находилось здание, и присел на корточки.

Зрачки его расширились: из спины девушки выросли два крыла, серое и белое. Выбрав дистанцию для разбега, она надела маску с золотым клювом, расправила крылья и бросилась вниз с решительностью смертника. Тотчас её фигура штопором взмыла вверх, и, описав круг над рынком, устремилась, как показалось Сане, на крышу девятиэтажного дома и скрылась за ним. В десяти метрах от нашего героя приземлилось большое серое перо, что не позволило Брюсу списать увиденное на плод больного воображения. Подняв его и осмотрев, Саня удивился ещё больше: основание его было металлическое, что указывало на искусственное происхождение предмета.

– Сашка, так это ты был? Я уж испугалась, думала, что маньяк какой-то караулит, - послышался знакомый голос из-за спины.

"Маньяк" обернулся, и оказался заключён в объятия девушки с крыльями, чудом не клюнувшей его в глаз металлическим клювом. К объятиям со стороны незнакомых ему представительниц противоположного пола мизантроп был не готов, но и отказываться не стал, великодушно разрешив девушке ещё пару секунд повисеть у него на шее.

– Девушка, я, конечно, рад вашему вниманию, но и не отказался бы от каких-нибудь объяснений, - осторожно сказал Саня. Быстро прикинув, он предположил, что по его душу по ошибке пришёл ангел, напутавший со списками добрых и пушистых людей.

– Ой, точняк. Надо ж было маску снять, - виновато сказала блондинка. Перед Брюсом оказалась Аля, хорошая подруга с университета.
– А где твои перчатки? И когда ты успел отрастить волосы?

– Чего? А когда ты успела обзавестись крыльями?
– озадачился мизантроп.

Девушка неожиданно смутилась и странно осмотрелась по сторонам:

– Какой сейчас год?

– 2013-й. Странно, что ты забыла, - ответил наш герой, пополнив копилку любопытства ещё парочкой вопросов.

– Не может быть... Получилось!
– пробормотала блондинка.

– Что получилось?
– как клещ, прицепился к фразе Саня.

– Нужно срочно найти остальных. И себя... Да, себя в первую очередь...

– Да что происходит?

Вспомнив про существование молодого человека, девушка тревожно взглянула на Брюса:

– Прости, наша встреча должна была произойти по-другому. Я Аля, только из будущего. Мы переместились во времени, чтобы предотвратить катастрофу...

В ухе девушки начал жалобно пищать датчик, похожий на закрученную гусеницу, который та поспешила включить.

– Макс? ... Я не знаю, где нахожусь... И они тоже?... Я тут на Саню наткнулась... Почему не надо было... Да не кричи ты!

Мизантроп мельком посмотрел на часы и с ужасом понял, что рискует не успеть на электричку. Поколебавшись, он пулей рванул к автобусной остановке, оставив девушку выяснять отношения с неизвестным собеседником.

Пропустив мимо ушей гудок машины и изысканные ругательства водителя, Саня на огромной скорости врезался в поток ожидающих людей, разлетевшихся, как кегли, под его грубым напором, и благополучно оказался в автобусе за несколько секунд до закрытия дверей. Мизантроп пробил билет и облегчённо опустился на одно из пустующих кресел. Сзади доносился разговор двух пенсионерок, обсуждающих его героический прорыв.

– Нахал! Растолкал бедных людей и даже не извинился!

– И не говори! Мало того, что уселся, как барин, так ещё и рюкзак на соседнее место кинул!

Конструктивная критика со стороны "престарелых гарпий" не сильно волновала Брюса, который теперь мог спокойно поразмыслить над разговором с Алей. Вопреки собственным ожиданиям, логика не стала прокручивать палец у виска, а, удовлетворённая объяснениями, сидела с невозмутимым видом. И это действительно был уникальный случай: например, Брюс мог зайти за другом и позвать его на улицу. Проведя почти с битый час под дверями, он мог привести миллионы аргументов с целью заставить жертву подышать свежим воздухом, с настойчивостью капризного ребёнка начинал торговаться, временно искрил эмоциями, после чего неожиданно мог уступить и обиженно уйти.

Но на этом спектакль не заканчивался: под нажимом человек, которого так настойчиво убеждал мизантроп, поддавался совести, наждаком проводящей по чувству справедливости, и догонял Саню, надеясь на его радостную реакцию. В ответ наш герой начинал метаться, заниматься самоедством на почве того, что потревожил друга, искать тайные причины, с которыми тот вышел на улицу, рассыпался, как конфетти, в неуместных извинениях и уходил в свой колпак, делая общение невыносимым.

На этот раз лишь слово "катастрофа" породило нехорошие мысли, которые потом затерялись в голове по причине неактуальности.

– Саня, можешь убрать рюкзак?

Человеком, осмелившимся тревожить Брюса, оказался его сосед с третьего этажа, а по совместительству лучший друг и заклятый должник.

– Бельмач? Что ты здесь делаешь?
– уступая просьбе Виталика, спросил мизантроп. Спросил с облегчением, понимая, что сосед ещё сносный подарок судьбы, по сравнению с крылатыми девушками.

– Дежурство по лицею. В Минск едешь? Ах да, сегодня же понедельник ведь, - сам ответил себе на вопрос сосед Брюса, увидев "арсенал" на неделю.