Вчера он навестил ее, она была беспечной и веселой, а он едва смог скрыть свою тревогу.

А сегодня в полдень Люси Грэйнджер будет делать биопсию, и, если лаборатория не задержит, ответ будет уже завтра. “Господи! Сделай так, чтобы опухоль оказалась доброкачественной!”

В начале пятого в серологическую лабораторию, громко насвистывая, развинченной походкой вошел больничный рассыльный, парень лет шестнадцати, находившийся в состоянии непрекращающейся войны со старшим лаборантом Баннистером. Он и походку эту усвоил, только чтобы выводить из себя Баннистера.

Как и следовало ожидать, старший лаборант тут же напустился на него:

– В последний раз говорю тебе, прекрати этот дурацкий свист!

– Слава Богу, что в последний! А то надоело слушать, – невозмутимо ответил парень, продолжая насвистывать. – Получайте свеженькую кровь, мистер Вампир, – сказал он, ставя на стол ящик с пробирками.

Александер не смог скрыть улыбку. Баннистера же просто взорвало:

– Не смей сюда ставить. Их место там, – указал он на скамью в углу лаборатории.

– Слушаюсь, сэр. – И посыльный, взяв под козырек и вильнув бедрами, вышел, уже распевая во весь голос. Александер не мог удержаться и рассмеялся.

– Напрасно смеетесь. От этого он только еще больше наглеет, – недовольно проворчал Баннистер и направился к ящику с пробирками. – Смотрите, – воскликнул он, указывая на листок, прикрепленный к одной из пробирок, – кровь взята у какой-то миссис Александер. Это, случайно, не ваша жена?

– Да. Видимо, назначение доктора Дорнбергера. У жены отрицательный резус, – пояснил Александер и, помолчав, добавил:

– А у меня положительный.

– Видите ли, – глубокомысленно, с оттенком превосходства заметил Баннистер, – в большинстве случаев на ребенке это не сказывается. Вы сами хотите сделать этот анализ?

– Да, если вы не возражаете.

– Ничуть.

Баннистер редко возражал, если кто-то изъявлял желание сделать за него работу.

Спрятав пробирки в холодильник, Александер вдруг взглянул на старшего лаборанта:

– Послушайте, Карл, я давно хотел вас спросить. Это касается анализов крови. Меня кое-что удивляет.

– Что именно?

Александер тщательно выбирал выражения, зная, как обидчив Баннистер.

– Я заметил, что у нас делается только два анализа: один с физиологическим раствором и второй с высокомолекулярным белком. Мне кажется, это считается недостаточным в наше время.

– Почему? – В голосе Баннистера звучала ирония. – Может, вы объясните? – Теперь это звучало резко, почти как вызов.

Но Александер не обратил внимания ни на иронию, ни на резкость старшего лаборанта. Его интересовала суть дела.

– Сейчас почти во всех лабораториях обязательно делают третий вид исследования – определяют реакцию на сыворотку Кумбса.

– Это что еще за Кумбс?

– Вы что, шутите? – Эти слова вырвались почти непроизвольно, и Александер понял, что допустил бестактность. Но он и представить себе не мог, чтобы сотрудник, работающий в лаборатории серологии, не знал, что такое проба по Кумбсу.

Александер извинился, но это не помогло.

– Послушайте, молодой человек. – Баннистер с достоинством повернулся к нему, и свет лампы упал на его лысину. – Я скажу вам кое-что, и это, надеюсь, пойдет вам на пользу. Вы только что окончили ваше учение и пока еще не знаете, что все, чему вас там учили, не применяется на практике.

– Но это не просто теория, – горячо возразил Александер. – Доказано, что антитела в крови беременных женщин иногда невозможно обнаружить с помощью только физиологического раствора или протеина.

– Ну и часто такое случается? – Баннистер спрашивал так, будто заранее уже знал ответ.

– Нет, очень редко.

– То-то и оно. – И Баннистер не стал дальше слушать. – Прочтете мне лекцию в другой раз. – Сняв халат, он протянул руку за пиджаком, висевшим за дверью.

Понимая, что его доводы не убедят Баннистера, Александер тем не менее сделал еще одну попытку:

– С этой пробой работы не так много. Я с удовольствием возьму это на себя. Мне только нужна сыворотка Кумбса. Разумеется, анализ будет стоить немного дороже.

В этих вопросах Баннистер чувствовал себя особенно уверенно и знал, чем бить противника.

– О, Пирсон будет в восторге! – язвительно воскликнул он. – Все, что касается увеличения расходов, для него что красное полотнище для быка.

– Неужели вы не понимаете? – Александер не заметил, как повысил голос. – Результаты двух анализов могут быть отрицательными, и вместе с тем кровь матери может оказаться несовместимой с кровью ребенка. Вы можете погубить новорожденного!