Он стащил с запястья волшебный браслет и швырнул его в пропасть. Раздался звук, словно лопнула цепь.

— Он говорил правду, — негромко сказала Кайлана.

Она взяла Робина за руку и повела его по узкой тропе. Сэм посмотрел на Черную Метку, и рыцарь едва заметно кивнул.

— Тасмин, я доверяю вам, словно брату, но я знаю этих злодеев. Если у них была хотя бы малейшая возможность спастись, они ее использовали.

Фенвик на мгновение оторвался от своего занятия — он оперял стрелы — и в упор посмотрел на короля Одена. Тасмин непонимающе заморгал.

— Но куда же они могут пойти? — спросил он. — По ту сторону гор нет ничего, кроме… ну… опять-таки гор!

— Это не важно, — заявил Фенвик. — Я преследовал их через все Шестиземье и не собираюсь отказываться от погони. Я хочу воздать им по заслугам — а заодно вырвать из их лап кентавра и друидку. И я очень хотел бы, лорд Тасмин, чтобы вы тоже не отступались.

— Ну конечно же, Фенвик… Но, право… какой они могут причинить вред?

Фенвик опять поднял голову, и взгляд его был холоден.

— Очень серьезный, друг мой. Очень и очень серьезный. — Он посмотрел на сумрачные горы, торчащие из тумана. — Нам надо спешить: ведь мы не знаем, где они выйдут. Отправьте ваших людей через северный перевал, Тасмин, а мой отряд пойдет через южный.

Миззамир наблюдал за этой беседой в волшебном зеркале, позаимствованном им в хранилище замка. Восстановить волшебную чашу удастся не скоро: для этого требовалась новая жидкость и новые камни. Маг погасил изображение и задумчиво поглядел на собственное пыльное отражение.

— Похоже, мне стоит проверить, как дела у моего агента, — вслух подумал он и мысленно сосредоточился на браслете, который вручил юному кентавру. В предыдущие попытки магия друидки и натуанки мешала ему определить его местонахождение, но на сей раз помехи не было. Он увидел браслет совершенно ясно: тот лежал на дне пропасти — разбитый, с другими камнями. Изящные брови Миззамира поползли вверх.

— Гм, похоже, юноша переметнулся… Или его разоблачили. Ну, если случилось первое, то с помощью магии я верну его к Свету, как и остальных, а если второе… Нет, месть — это гадкая штука. Я просто приложу все силы, чтобы найти тело и вернуть его к жизни.

Он задумчиво побарабанил пальцами по волшебному зеркалу и, встав, выглянул в только что отремонтированное окно.

— Однако сначала надо заняться наиболее важным, — сказал он себе. — Они явно покинули Путак-Эйзум, а значит, ищут последнюю Часть Ключа… А потом — к Лабиринту? Если Ключ будет собран, это вполне вероятно… Это должна знать даже натуанка. Магия Лабиринта, моя собственная магия и магия остальных помешают мне проникнуть в него, пока он не пройден… Но если злодеям удастся разрешить его загадку, то магия ослабеет, и я встречу их в самом центре. А если они потерпят неудачу… — Он печально вздохнул. — Трагично, конечно, но, с другой стороны, проблема исчезнет.

Миззамир повернулся и стремительно вышел из комнаты, а пылинки за его спиной танцевали в солнечном луче, словно золотистые мотыльки.

Спустившись по предательским осыпям на склонах Дурдрудимских гор, злодеи вышли к невысоким холмам на краю так называемых Мерзлых Пустошей. Тут вовсе не было холодно, но почва казалась покрытой изморозью. Арси поковырял землю ногой, а потом зачерпнул ладонью немного «снега». Он оказался сухим и ничуть не холодным.

— Это соль, — сказала Валери, заметив его недоумение. — По легендам, она высосана землей из крови тысячи монстров.

— Значит, они на самом деле никакие не мерзлые? — зевая, спросил Робин. Он расчесывал свой подпаленный хвост частым гребнем, пытаясь освободить предмет своей гордости от грязи и сажи.

— Ночью будет прохладно, — сказала Кайлана и, нахмурившись, поглядела на небо. Закат не спешил. — Когда она наконец наступит?

— Говорил я тебе, что было шесть, — несколько самодовольно заметил Сэм. — А сейчас, конечно, уже ближе к одиннадцати.

Кайлана продолжала возмущенно смотреть на солнце. Друиды воздвигали огромные каменные сооружения в честь его своевременного появления и ухода, в честь смены времен года, и ей казалось, что это предательство со стороны светила. Оно плыло над самым горизонтом, но, похоже, не собиралось за него заходить.

— Распалась связь времен, — пробормотал Арси, отправляя несколько самых крупных кристаллов себе в мешочек — из праздного любопытства. — А я совсем вымотался и вот-вот умру голодной смертью. Что бы сейчас ни было — ночь, утро, полдень, — я утверждаю, что нам надо поспать и поесть и трогаться в путь, только когда отдохнем.

Робин снова зевнул и ударил копытом в покрытую соляными кристаллами землю:

— Мне эта мысль нравится.

Валери кивнула:

— Хорошо… По крайней мере, горы защитят нас от сильных ветров.