И вот он вернулся домой, как никогда ощущая пустоту внутри себя. Казалось, эта пустота была вокруг. Он и не думал, что Алекс так заполняла собой этот дом. Везде все еще витал ее запах, чувствовалось ее присутствие. Вот-вот она спустится по ступенькам, выбегая к нему навстречу, но вместо этого его встретила тишина. Такая же тишина заполнила его комнату. Она сводила его с ума, и даже глоток виски не согревал холод, который поселился внутри.

Его старик назвал бы его слабаком. Он бы мучил его снова и снова, показывая, как низко он пал, ведь стал зависеть от низшего существа - женщины. Как хорошо, что тело этого говнюка давно поедают черви, а душа его, он надеялся, горела в пламени ада. Это было то, что он заслужил. Смерть от руки собственного сына, которого он воспитывал, как свое подобие. Думал ли его отец о таком конце?

А может, он ждал его? Может, именно для этого готовил Девила? Чертов ублюдок даже в аду мог бы гордиться им. Его сын создал империю в два раза сильнейшую, чем была у него. В его руках была сосредоточена власть над различными отраслями, от работорговли до политики, от наркотиков до фармацевтики, от оружия до самых высококвалифицированных больниц. Казалось, он был всесильным и неуязвимым. И вот теперь он лежит на своей постели, думая о женщине, которую сам же выставил из своей жизни вместо того, чтобы предаваться плотским утехам с очередной пассией. Да, и когда он в последний раз менял женщину? Когда он стал верен одной? Когда такое случилось? И самое смешное во всем этом, что он сам накинул себе на шею эту петлю. Собственноручно.

Понимая, что не уснет в эту ночь, Девил резко поднялся с постели и, ведомый неожиданным желанием увидеть ее, узнать, сама ли проводит ночь, направился в комнату Даяна. О любви этого мужчины к видеокамерам знали все. Но только Девил, кроме самого мужчины, имел к ним доступ. Захватив с собой бутылку любимого виски, которое стало в последнее время его вечным атрибутом, он спокойно вошел в пустую комнату и подошел к висевшему на стене циферблату с изображением на белом фоне смерти с косой и надписью: 'Не думай о секундах свысока'. Даян часто выделялся в деталях и в то же время, казалось, был всегда прозаичен в остальном.

Девил перевел стрелки неработающих часов, выставив на них без пятнадцати минут десять. Легкий хлопок, и механизм заработал, приоткрывая дверь в потайную комнату. Эту комнату Даян сам спланировал, получив на то его предварительное согласие. Не раз записи его камер помогали им, потому что они находились именно там, где не было разрешено ставить основные камеры наблюдения охраны. Только Даяну они могли доверить следить за их личной безопасностью, не боясь, что тот приоткроет занавес их страшных пороков.

Девил сел в кожаное кресло и уверенно ввел пароль на компьютере. Экраны замигали, открывая его взгляду разные помещения. Быстро найдя нужное, он вывел его на центральный монитор перед собой и впился взглядом в лежавшую на постели хрупкую девушку. Выдох, полный облегчения, вырвался из его горла. Мужчина и не представлял, что сдерживал дыхание, боясь увидеть два переплетенных тела.

Но даже то, что Алекс мирно спала в чужой постели, бесило его. Он просидел несколько часов в этой темной комнате, попивая виски и смотря на желанную девушку. Около пяти утра мужчина наконец погасил экраны и встал с кресла. Размяв затекшее тело, он покинул комнату, оставляя после себя пустую бутылку виски Далморе.

После этой ночи Девил был еще больше зол на себя. Запретив себе думать о ней, он ушел в свою обыденную работу и даже дал согласие пойти на очередной благотворительный прием, соучредители которого не один год пытались заманить его. Вечер прошел удачно, а сопровождающая его модель, Наталия Риз, лишь повысила статус закоренелого ловеласа.

Вот только он снова вернулся домой вместо того, чтобы принять приглашение очаровательной женщины на чашечку кофе и удовлетворить свой физический голод. В который раз засел в своем кабинете, обжигая горло дорогим напитком, съедаемый жгучим желанием подняться в комнату своего всадника смерти. Верхние пуговицы его белоснежной рубашки от Стефано Риччи были небрежно расстёгнуты, а бабочка валялась на диване вместе с пиджаком Бриони. От прислуги он узнал, что Даян отсутствовал, и это нервировало. Мужчина признался себе в ознобе, который ощущал каждый раз, когда у того появлялось свободное время, и он пропадал с его вида. Потому что тогда его мучила ревность. Да, он наконец признал себе, что впервые испытывает это жгучее невыносимое чувство, и это не приносило ему радости.

Ревность - удел слабых. Потому что, когда ты ревнуешь, ты становишься зависимым от этого чувства, а он всегда дорожил свободой. Но только избавиться от этого ноющего узелка он не мог, сколько бы не уверяв себя, что поступил правильно, отдав ее другому мужчине. Он мог бы простить ее, но в его мире не было такого понятия. Ты оступился - плати! Закон его жизни. И она должна была заплатить, но и в этом случае мужчина отступил от правил. Вместо наказания он просто выгнал ее, зная, что не сможет больше ничего худшего сделать. Даже та пощечина выводила его из себя, словно он осквернил что-то святое. Боже, он полностью чокнулся. Мужчина, который может с легкостью убить одной рукой, сожалеет о какой-то ничтожной пощечине. Да, Девил не любил бить женщин, но каждая бывшая любовница знала, что это не означало, что он не мог. Глупо. Все это было дуростью.

Не в силах больше бороться с собой, Девил все-таки поднялся с кресла и направился в комнату наблюдения. Было поздно. Три часа ночи. И он ожидал в это время снова увидеть ее спящей. Но какое же было его разочарование, когда камера показала спальню пустой. После этого в душе возникла тревога, и он вывел на монитор гостиную. Черт, Даян находился там. Рядом с ней. Он сидел спиной к камере, но было ясно, что они разговаривают. Она слегка кивнула в ответ, и тут же Даян встал и подошел к ней вплотную. Он нагнулся к ее лицу, закрывая своей спиной обзор. Девил с силой сжал стакан. Гнев закипел в его венах, задвигая в сторону здравомыслие. Его злость становилась все сильнее и сильнее, когда Даян потянул Алекс на себя, заставляя подняться с дивана, и повел в комнату. И достигла полного апогея, когда его всадник отключил камеру в спальне, и экран замигал синим цветом.