– Вы говорите о нападавших или еще о ком-то?

– Я уже в который раз извинился, Изабелла. Вам нравится слушать, как я каюсь по сто раз на дню?

– Может быть.

Он скривился. Изабелла выгнула бровь дугой, и он рассмеялся. Он уже не помнил, когда в последний раз смеялся так искренне, так весело. Изабелла смотрела на него с удивлением, и он взял ее за руку.

Рывком он помог ей встать, но она вдруг застонала и зашаталась. Веселье мгновенно улетучилось, когда он впервые заметил, что платье девушки испачкано кровью. Джордан опустился перед ней на колени, и она привалилась к нему, чтобы не упасть. Ее колено было расцарапано, кровь здесь уже подсыхала. Джордан приподнял подол платья и зло выругался, увидев, что кровь сочится из-под разрезанной подошвы сапога.

– В моей сумке есть сверток, он отмечен двумя красными кружками, – сказала Изабелла, и ее голос слабел с каждым словом. – Там листья лука-порея. Если смешать их с медом и добавить щепотку муки, это остановит кровь.

Джордан осторожно обнял ее за талию и усадил на землю. Голова девушки упала ему на плечо. Он кликнул Эмери и служанку леди Одетты – как там ее? – Дедию. Он растолковал им, что нужно делать, и они бросились искать мед и муку среди съестных припасов.

Джордан осторожно пошарил в ее котомке. Удивительно, сколько здесь было мешочков и коробочек! Он отыскал кожаный мешочек, на котором были вышиты два красных кружка. Отяжелевшие веки Изабеллы бессильно опустились.

– Не закрывайте глаза, – приказал он.

– Стараюсь.

– Знаю.

Большим пальцем Джордан провел по ее подбородку. Сколько раз этот подбородок с вызовом взлетал вверх в ответ на его упреки? Впрочем, сейчас это было ему безразлично – он наслаждался теплом ее нежной кожи.

– Прекратите, – прошипела Изабелла, сердито раскрывая глаза.

Этого он и добивался. Она имела полное право злиться, ведь он не выказывал ей должного уважения как знатной леди, тем более – леди из теткиного аббатства.

Вернулись Эмери и Дедия, принесли мед и муку. Следуя указаниям Изабеллы, смешали их с листьями порея, намазали смесью колено и мысок ступни и завязали раны чистой тканью. Девушка кусала губы, но не проронила ни звука, лишь поблагодарила их за помощь.

Джордан закинул ее руку себе за шею и осторожно помог ей встать. Он чихнул. Снял с плеча ее руку и повернул вверх ладонь. Провел пальцем, и черные крупинки перца разлетелись во все стороны.

– Вы сущий дьявол для всех, кто попадется вам под руку, даже для союзников, – с улыбкой заметил он.

Изабелла, хромая, пошла поднять кнут.

– Значит, вот мы с вами кто? Союзники.

– Я хотел бы так думать, ведь мы вместе выполняем поручение.

– Тогда смешно и глупо все время ссориться и искать скрытый смысл в обычных словах.

Она свернула кнут и подвесила его к поясу, а потом взяла из рук Джордана котомку.

– Ваша правда. – Он свистнул свою лошадь, и она потрусила к нему, белый жеребец следом. – Может, заключим перемирие?

– Мы – двое разумных людей, которым предстоит действовать сообща. Нужно найти способ усмирить низменные желания.

– Просто сказать, трудней сделать.

Джордан взял ее на руки. Голова девушки легла ему на грудь, и он услышал, как гулко забилось ее сердце. Срывающимся голосом она сказала:

– Вы наделены большой силой духа, и я тоже. И вам, и мне приходилось сопротивляться вызовам судьбы. Почему бы не одержать победу и на сей раз?

– Еще один простой вопрос. – Джордан глубоко вздохнул. Ее волосы щекотали ему щеку, а прикосновение ее мягкой груди кружило голову. – Нам нужно научиться доверять и полагаться друг на друга. Заключить союз – вот единственный выход.

– Значит, так мы и поступим. – Она ухватилась за луку седла. Глядя на Джордана своими удивительными глазами цвета грозового неба, она сказала: – Я сделаю все, что смогу, лишь бы сохранить наш союз. А вы?

– И я.

Он снова поклялся! Кровь Христова, как же не хотелось давать еще одну клятву, тем более что он даже не был уверен, сможет ли ее сдержать!

Утром у Изабеллы ныло все тело. Пульсирующая боль билась в ступне, да и плечо решило отомстить ей за то, что она слишком яростно размахивала кнутом. Прискорбно. Изабелла пообещала себе: если к вечеру ей не полегчает, придется отварить в молоке льняного семени и натереть отваром больные места.

А тут еще щебетание леди Одетты. Леди вела себя так, словно она и есть главная пострадавшая, сущая мученица. До ран Изабеллы ей не было никакого дела. Лорд Уиртон поздравил их с победой, но, при всем сочувствии к Изабелле, ни словом не обмолвился, что в заботе о безопасности сестры слишком уж далеко ускакал от поля боя. Зато его весьма заинтересовал найденный Изабеллой меч.

– Теперь ясно, почему мы до сих пор живы, – с улыбкой объявил барон, поглаживая герб на эфесе меча. – Мы под защитой ангелов-хранителей.