– Ой, – зажмурился я. И мне плевать, что там кричал Магомед, грозя поговорить со мной после скачек с глазу на глаз в морда-лица, когда тут помимо кустов и прочей растительности свистели дротики-гарпуны и боевые топоры.

А что ж они, звери, хотели – это им не в одиночку и налегке носится по лесу, а с нами, падшими, на спине. Но всё равно у нас четыре копыта, в отличие от преследователей о двух нижних конечностях, хотя я видел, что "петухи" с гребнями опустились на передние, однако по-прежнему не могли нас настичь.

Да и ещё, чуть не забыл: на дриаде куда приятней скакать, чем на кентавре. Нет, причинное место также получало толчки при скачке, просто я не обращал на них внимания, когда в руках такое… такое… бо…гадство.

Жезнира взбрыкнула на ходу ещё ни раз, пока до меня дошло: в моём случае будет лучше обхватить её за талию, а не за то, что держал сейчас. Да и выпускать не хотелось – уже привык. Зато она напротив – и сопротивлялась.

Ну да, чего греха таить – уговорила. А то мне после скачки Магомеда будет выше крыши, чтоб ещё это милое создание наехало на меня с копытами. Оно мне надо? Да и кто знает, вдруг у них с кентавром идеальная пара, а тут я вдруг упал и…

– Слезай, Арол! Приехали, да! – подскочил ко мне с дриадой Магомед, спрыгнув лихо с кентавра. – Разговор есть! Отойдём ненадолго, да?

– Тише, падшие, – зашипела она на нас, прислушиваясь, как и Крон: не гонятся ли за нами по пятам преследователи.

– Кто это был, что за "петухи"? – искал я помощи у той, кого все называли Линара, а я её раньше – отродьем.

Отпустив полосатую тигру, она взглянула на меня – прямо в глаза, заставив отвести их. Меня словно током ударило. Я побоялся, что она прочитает мои истинные мысли, а не те, какие озвучил я. Тогда Магомед прямо здесь трахнет меня в морда-лица, не взирая на то, что мы пережили с ним и отродьем при нас.

– Зеленомордые твари – степные орки, а синие – лесные тролли, – пояснила она.

– Выходит: они сговорились против нас?

– Ты зубы не заговаривай эта девка! Ты зачем прыгать на моя лань и лапать её за сосцы?

– Ещё б сказал: за вымя! Магомед, – постарался я укорить его, набравшись наглости.

– Я сама способна постоять за себя, – фыркнула зеленоволосая дриада.

– На вот, держи, Арол. А этот прутик "петуха" спрячь или выбрось, да!

– Обязательно выброшу, Магомед, – заверил я его. – Как только эти "петухи" покажутся, так сразу одному из них и удружу по причинному месту, как лук на манер кола!

– Ха, а я думал: ты потерял его, да, – развеселил я Магомеда.

Аж на душе отлегло, но улыбка гиганта не вызывала приступа всеобщей радости. Отродье было на стороже, почуяв кого-то, кого пока не видели, а мы с Магомедом даже понятия не имели о чьём-то ещё присутствии. Пока сам у них не спросил: чем они так озабочены?

– Эльфы… – коротко объяснила Линара.

– Вах, опять этот лопоухий абориген! – вскрикнул Магомед, заставив смутиться Линару.

– Извини, Арол, я не заметил сразу, что и она такой, как они, да.

– Ты не у меня прощения проси, а у неё, – кивнул я на Линару.

– Я не обиделась, – отвлеклась на нас гордая эльфийка, вложив стрелу в тетиву, держа в руках наготове лук. Но пока что не тянула – цель ей ещё не была определена. – Что скажешь, Крон? А ты, Жезнира? Чего вы слышали?

– Топот… – откликнулась дриада вперёд кентавра, замершего с секирой.

– Чей? И кого? – вмешался я, уточняя. – Орков с троллями?

– Нет, копыт, – заржал Крон, как конь.

– Что-то я не заметил у здешних эльфов их? Корчей видел, летающие молнии в том числе, даже одно ходячее древо…

– И пернатый звэр, – подсказал Магомед.

– …а вот с копытами никого – ни одного животного. Разумеется кроме вас.

– Единороги, – выдала Жезнира. – Стражи троп!

– Один, – определил на слух Крон. – Я займусь им, а вы уходите в Лихолесье!

– Нет, – запретила ему вступать с ним в схватку Линара. – Вернёмся к Апогею вместе с падшими!